В новом мире Космической Академии, Идарика Вишневская ищет свою подругу на белоснежном песке. Но вдруг заметив, что лимонады исчезли, она устремляется к бармену для переклички и встречи с другом. Каждое движение словно пропитано солнечным теплом и непринужденной дружеской атмосферой....
Первое время я засыпала, не успев положить голову на подушку, затем организм перешёл в режим ожидания внезапного подъема и сон не шёл вообще. Словно не верил, что ему дадут отдохнуть. Но очень в том нуждался!"
"Я так уставала, что даже не звонила Нариссаль — берегла нервную систему подруги. Она впечатлительная и нежная, если увидит меня в таком состоянии, боюсь, от академии камня на камне не останется. Да и не о чем было рассказывать: об учёбе нельзя, о друзья тоже, о любви не могла — не было той любви. Дамир пропадал в лабораториях, я — на полигонах и в аудиториях, при встрече мужчина напоминал о необходимости дополнительно прокачивать ментал, я ему — есть хоть иногда, при этом мы оба знали, что даём советы в молоко.
Возвращение Кирилла я ждала больше, чем день рождения Маруськи, к которому готовилась вся академия, кроме нашей группы и создателя прекрасной кофемашины. Скинув ему отчёты и официально переложив бремя ответственности, я не почувствовала ни–че–го. Апатия обняла, укутала в вязкий кокон безразличия, защищая, оберегая измотанную до предобморочного состояния тушку.
— Тебе нужно в лазарет, — проговорил Кир, подхватывая меня на руки, и пригрозил, заметив сопротивление: — И не рыпайся мне тут. Кто тебя так загонял?
— Тобс лютует. Нам запретили пользоваться способностями на полигоне, бегаем, как все военные факультеты, и косячим почти столько же. Дамир ещё что–то там устроил с мед–боксами, теперь нам запрещено ими пользоваться. Ну, не совсем, конечно, переломы лечат, а вот восстановление после ментала категорически запрещено, мелкие всякие болячки тоже теперь отданы на откуп эскулапам и матушке Природе, — наябедничала я, лёжа без сил на руках у друга.
Стыдно, но так хотелось в мед–бокс, что я притаилась мышкой, надеясь, что Киру удастся меня туда уложить до прибытия злого монстра из своей лаборатории.
— Охренеть вообще! Слетал, блин, — не сдержал эмоций друг.
— Как, кстати, прошло?
— Без сучка, без задоринки. Придёшь в себя, расскажу кое–что интересное. Очень интересное, — постарался максимально заинтриговать меня Кир.
— Женился, что ли? — ляпнула я совершенно без задней мысли.
— Вот как ты это делаешь? У тебя не голова, а компьютер, честное слово, — похвалил друг.
— Интуиция, голову вообще не включала, батарейка села ещё на прошлой неделе.
Мозгом понимала, что новость друга совершенно потрясающая, сумасшедшая и важная, но организму недоставало сил на выработку нужных гормонов и я совершенно ничего не чувствовала, кроме слабости.
