В новом мире Космической Академии, Идарика Вишневская ищет свою подругу на белоснежном песке. Но вдруг заметив, что лимонады исчезли, она устремляется к бармену для переклички и встречи с другом. Каждое движение словно пропитано солнечным теплом и непринужденной дружеской атмосферой....
— Хорошо, — протянула едва не мурлыча.
Сумерки сменила ночь. В небе мерцали холодные и равнодушные звёзды, вдалеке ухала сова, со стороны дома доносились смех и несвязные обрывки разговоров. Я закрыла глаза и блаженствовала, не заметив, как провалилась в сон.
Проснулась от хруста ветки.
Подскочила, с трудом удержав равновесие. Ступни свело от холода. И как я умудрилась заснуть, держа ноги в ледяной воде? Удивительно!
Повезло, что тревога была ложной.
— Тебя долго не было, я волновалась, — проговорила Маруся, держа в руках ветку, которую по неосторожности сломала.
— Прости. Я заснула.
— В воде? — не поверила кофемашина и включила фонарь, осматривая мои босые и мокрые ноги. — Я подумала, ты меня разыгрываешь, но вынуждена констатировать, что это не так. Пойдём к Тане, пусть возьмёт у тебя кровь, проверим, ничего ли тебе не подмешали. Не нравятся мне подобные странности.
Покосилась на ручей. Ледяной, звонкий. Как я могла отключиться? Ладно бы рядом, но опустив ноги в обжигающе холодную воду — нет, совершенно невозможно и подозрительно.
— Ты права. Только не будем отвлекать Таню, вернёмся в академию.
— Дамира там нет, — без труда разгадала мой замысел Маруся. — Он должен вернуться на Аруан вечером, здесь у меня нет доступа к базам данных, и я не знаю, во сколько прибыл рейс с Оркхи.
Я удивлённо посмотрела на подсвеченную синими индикаторами кофемашину, затем активировала браслет и с удивлением обнаружила, что связи с внешним миром нет.
— Маруся, а ты можешь выйти в сеть и отправить ему сообщение? — поинтересовалась, растирая ноги и шмыгая носом.
— Нет, — удивлённо протянула электронная собеседница. — Секундочку.
Она перестала излучать свет и, бесшумно подлетев ко мне, взяла за руку, предлагая удалиться из предположительно опасной зоны.
А если снотворным опоили всех?
Я вырвалась из цепких лап Маруськи и бесшумно побежала к дому. Как бы ни развивались события, бросить своих в беде я не могла.
В доме Дитера я пила только воду и сок, и совсем ничего не ела.
