Краем глаза я заметил, как октопотроид показывает длинными склизкими щупальцами сразу на несколько дорог, ведущих от платформы, но гораздо важнее мне было услышать ответ Рэя. В наушнике послышался тяжёлый вздох."
"– Пацан, а ты становишься умнее день ото дня.
– Рэй, не меняй тему. Почему ты не хочешь, чтобы я участвовал?
– Они поменяли условия аэрогонок. Больше это не закольцованная трасса. Победителем станет тот, кто первым доберётся до финиша, причём пользоваться можно будет любой из дорог. Единственное ограничение – не отрываться от земли больше, чем на пятнадцать метров.
Слова Рэя доходили до меня несколько секунд, прежде чем я сообразил, что он пытался до меня донести. А пытался он до меня донести следующее: Даяна не сможет отредактировать видеоматериалы и сделать вид, будто я совершил самый быстрый круг. Я бы мог ещё хоть как-то посоревноваться с флаерами, имей возможность подняться высоко в воздух и придать воробью ускорение ионным двигателем, но и тут октопотроиды тоже наложили свои ограничения.
Организатор аэрогонок прекратил махать своими щупальцами.
– Ив, послушай, – передатчик вернулся к Диане. – Я наложила на твой корабль проекцию спортивного флаера, но от этого он не стал манёвреннее, и не приобрёл элементарную защитную сетку. Речь идёт не о том, насколько ты классный пилот. Посмотри вокруг, все остальные участники приехали на настоящих спортивных флаерах. Мелкие камни и песок из-под них разобьют лобовой стеклопластик, как только вы выедете на дорогу без жидкого асфальтового покрытия. Участвуя в этих аэрогонках, ты рискуешь не только кораблём и репутацией, которую так тщательно тебе создавал Рэй, ты рискуешь собой.
Я посмотрел в боковые иллюминаторы шаттла и признал, что Даяна была права абсолютно во всём. И в том, что у соперников техника гораздо лучше, и в том, что «Воробей» не выдержит, если в него посыплются камни и песок на большой скорости. Но в душе вдруг стало невероятно серо и тоскливо. Неужели Рэй и Даяна не верят в меня настолько, что заранее готовы снять меня как участника? Неужели их слова о том, что я стану самым известным пилотом в галактике, были всего лишь дружеским подбадриванием, а на деле они так не считают? Получается, они изначально думали, что я могу показать хорошие результаты лишь посредством жульничества?
– У тебя есть ещё десять секунд до старта, чтобы отказаться от аэрогонок. Ив, вылетай с платформы, а я сымитирую неполадку в проекции «Воробья». Всё будет выглядеть, как…
Я не стал дослушивать Даяну, жёстко перебив её:
– Даяна, Рэй, я благодарен вам за заботу и рад, что вы сказали мне правду. Но я уже принял решение участвовать в аэрогонках и его не изменю. Увидимся на станции.