Внешне практически ничего не изменилось, но Кэтрин хватило едва заметного напряжения, проявившегося в движениях Олиша, чтобы сердце забилось, сбивая стены самообладания.
Кто именно появился в том кабинете, она не сомневалась…
— Ответ я дам через два дня, — тем не менее, закончил офицер, прежде чем отступить в сторону.
Шаевский с реакцией тоже не задержался, подняв вокруг нее защитное поле. Быть свидетелем таких разговоров в их службе считалось небезопасным.
Не опоздала и она, вернув на лицо отстраненное выражение еще до того, как Хандорс вошел в зону визуализации:
— Господин император! — подскочила с кресла, демонстрируя идеальную выправку.
Если что выдавало, так взгляд. Голодный, неверящий…
Каждая встреча, как схватка. Даже когда вот так, вроде и рядом, но не дотянуться, как ни желай.
Победитель?! Проигравший?!
Звучало просто смешно!
Да и о Шторме в такие моменты если и вспоминалось, то со вскипающей яростью…
Он. Она. Снова — он…
Их треугольник изначально не был просчитываемой фигурой.
— Госпожа Горевски… — последовал император ее примеру, предпочтя занять то самое место, где до этого, небрежно опираясь на стол, стоял Олиш. — Прекрасно выглядишь, — оценив плотность мерцающего поля, продолжил он, «пройдясь» по ней собственническим взглядом.
— Предсказуемо, — Кэтрин недовольно качнула головой. Практически панибратство…
— Ты о моем появлении? — вроде как удивился демон, чуть сильнее, чем стоило, стиснув пальцами край столешницы.
— Я об Олише, слишком часто в последнее время говорившем мне «нет», — подкорректировала она, продолжая стоять, втиснувшись между креслом и столом.
Сделать глубокий вдох, шевельнуться, поправляя сбившийся китель…
Любое движение могло быть расценено, как провокация…
— Сложная ситуация, — «оправдывая» собственного офицера, вскользь заметил император. — Значит, Гордон? — уточнил, давая понять, что как минимум о части их разговора он имеет представление.
— Расклад не очевиден, но…
Император не дал закончить:
— Передай Шаевскому, что я его должник.
— Что?! — вскинулась Кэтрин, не скрыв своего возмущения.
— Рассчитывала на другое? — звучало с иронией, но в глазах демона была заметна грусть.
Они сами лишили себя обычной жизни. Он — родившись не в той семье, она…
Мгновение смятения было коротким. Кэтрин знала, что и почему делала!
— Так — нечестно, — по-детски насупилась она, сбивая ситуацию с привычного курса.
И даже всхлипнула, с удовлетворением наблюдая, как на лице императора мелькнула тень растерянности.
— Считай, что сопровождение согласованно, — лишив ее появившейся надежды, вновь перехватил игру демон.
Хитрый прищур сказал значительно больше, чем слова, став предупреждением. За эту выходку она ответит.