На скуле у него все еще алело пятно, и девушка почувствовала угрызения совести, вспомнив, что ударила его по лицу, но решительно загнала их как можно дальше. Синие глаза задумчиво смотрели на нее, словно их обладатель не знал, что сказать.
– Извини меня, – наконец произнес пилот. – Я не должен был так говорить.
– Рада, что ты это понял. – Она была слишком обижена, чтобы простить вот так сразу.
– Бель, послушай… – Джерри вздохнул и взъерошил волосы. – Черт, как же люди живут вот так вместе, годами?
– Они просто считаются с мнением друг друга, – пожала плечами Анна-Бель.
– Именно поэтому ты не хотела выходить замуж? – усмехнулся пилот.
Девушка покачала головой:
– Это нечестно, Джерри…
– А что честно? Ты могла хотя бы предупредить меня! Я уже начал думать, что тебя похитили!
– Ты так беспокоился за меня? – Она широко распахнула свои темные глаза.
– Представь себе! Почему ты не отвечала на вызовы?
– Не знаю… – Анна-Бель растерянно взглянула на браслет, высветила количество пропущенных и ахнула: – Я же отключила его перед началом собрания, а потом забыла включить!
– Это было первое, что сказал мне Кетч, и последнее, о чем я подумал, – усмехнулся Джерри.
– А что было первым?
– Уже не помню: не то убийство, не то похищение…
– Да ты мнительнее, чем моя мама! – фыркнула она, чувствуя, что и сама начинает невольно улыбаться. – Правда, она паркуется лучше.
– Да. Я заметила. – Девушка чуть прикусила губу. – Извини за… пощечину, я не должна была…
– Я это заслужил, – перебил он и вдруг протянул руку, проводя пальцами по ее щеке.
Эта ласка застала девушку врасплох. Она вздрогнула, подняла голову и посмотрела на пилота широко распахнутыми глазами.
– Я схожу по тебе с ума, – прошептал он.
Анна-Бель и не поняла, кто из них решился первым. На этот раз поцелуи были иными: страстными, словно он хотел подчинить ее себе, доказать прежде всего самому себе, что она – его и только его.
Вдруг Джерри резко отстранился, и Анна-Бель бездумно потянулась к нему. Пилот покачал головой:
– Нам лучше остановиться сейчас, иначе потом я просто не смогу…
– Так не останавливайся, – тихо прошептала девушка.
Он недоверчиво посмотрел на нее, затем шумно выдохнул, вновь притянул к себе, буквально осыпая лицо поцелуями, подхватил на руки и бережно опустил на кровать.
– Ты не пожалеешь, – прошептал он, горячее дыхание опалило кожу виска, его рука уже теребила застежку ее блузки.
Миг – и ткань упала с плеч, обнажая белоснежную кожу. Его губы прильнули к шее, скользили вниз, заставляя ее выгибаться навстречу.
Шорох наспех скинутой одежды, смятые простыни, бессмысленный шепот, горячее дыхание, опаляющее кожу, – для Анны-Бель все это казалось каким-то нереальным сном, и в то же время это происходило именно с ней.