– А десять за что?! – тот сидел красный, как помидор, напускное спокойствие с него уже сползло.
– За оскорбление, естественно. Вы меня оскорбили, назвав рабом.
– Какие у меня гарантии?
– А никаких, могу только предложить стандартный договор.
– Толку-то от него, – скривился посольский. – Там восемь моментов, которые можно обойти, и это только те, о которых я знаю.
– Хм, я знал только о четырёх… Ваше предложение?
– Специализированный договор на сотрудничество.
– Нет.
– Тогда внесём несколько правок в стандартный договор, которые устроят обе стороны, – наконец нехотя предложил он.
– Это можно.
В течение получаса я ругался со скользким дипломатом, который на подобных договорах собаку съел, пока не кивнул согласно. Нас удовлетворили все пункты договора. Затем мы скрепили его своими сетевыми печатями и сохранили копии. Почти сразу мне на счёт пришли требуемые деньги, не забыли и про десять тысяч, хотя эта сумма в договоре не упоминалась, после чего посольский холодно кивнул, встал и в сопровождении охраны направился к выходу. Кстати, десять тысяч пришли мне с другого счета, подозреваю с личного счета этого скользкого люмерца.
– Я не заметил, куда делся фургон? – спросил я у командира телохранителей, жадно допив остатки сока в стакане и попросив принести ещё.
– Там сидели бойцы посольства в бронескафах. Полиция оштрафовала их за то, что на их машине нет соответствующих посольских знаков, и посоветовала покинуть этот сектор. Они это сделали.
– Ясно. У нас ещё два места, которые нужно посетить, потом вы сопроводите меня на лётную палубу до борта корабля, там мы расстаёмся, ваш договор будет выполнен.
– Хорошо, господин капитан, – кивнул старший телохранитель и, поймав мой взгляд, едва заметно улыбнулся. Видимо ему понравилось, как я опустил люмерцев на деньги. Всего он не слышал, поскольку люмерец использовал специальный прибор, окруживший наш столик силовым полем, исказившим изображение, чтобы невозможно было прочитать по губам, и не пропускающим звуки. Хороший прибор, надо будет купить себе такой же.
– Сейчас едем в одну гостиницу, нужно забрать оставленные там вещи, потом в филиал корпорации «Нейросеть», а дальше сопровождаете меня до корабля. Он у меня на парковочной орбите.
– Хорошо нур, – кивнул Гин.
Я расплатился по счетам, за себя и за телохранителей. Они ничего не ели и не пили, тарелки с салатами и стаканы с соками остались на их столике нетронутыми. Далее на платформе мы поехали в гостиницу.
Вот там меня ждал сюрприз, бледный портье подтвердил, что срок аренды комнаты закончился в связи с пропажей постояльца, и об этом было сообщено в полицию, а вещи направлены в камеру хранения.