Я не мог снять скаф и, соответственно, отключить режим «шин», то есть мне требовалось привести сначала ноги в порядок, а потом уж заняться станцией. Именно поэтому я и полз за дешифратором, стараясь особо не издавать много шума, в жилой модуль, что находился рядом с диспетчерским, именно там и находилась медсекция. А так как это средняя станция, то она должна быть довольно большой и есть шанс незаметно для персонала воспользоваться одной из капсул.
Трижды пришлось возвращаться, так как сенсоры дешифратора засекали в туннелях активные оптические датчики, что с лёгкостью обнаружат нас.
Путь у нас до медсекции занял ни много ни мало, а почти двое суток. С поломанными ногами особо не побегаешь, в этом я убедился, когда от корвета бежал к движку, за которым находился тот спасительный люк. Питался я из трубочек скафа, там питательной смеси и сока было ещё на неделю, так что голодать не буду, ещё было десяток офицерских пайков в бауле, но их я не использовал, вот залечу ноги, избавлюсь от скафа, то есть увеличу свою мобильность, вот тогда можно и на них переходить.
Трижды наш путь пересекали ремонтные дроиды, один раз был патруль охранных дроидов. От всех, благодаря дешифратору, я благополучно скрылся и переждал в стороне. Это не сильно повлияло на мою скорость, часа четыре всего потерял, но мы достигли медсекции.
В медсекции был свой искин, и довольно не слабый. Его шахта пряталась в большом помещении рядом с кабинетом главного врача вместе с двумя резервными реакторами. Они были нужны на случай, если станция обесточится, чтобы бесперебойно продолжать работу. Для этого у медсекции была ещё дублирующая система жизнеобеспечения.
Именно поэтому я полз сюда. Если я не возьму под контроль искина об использовании капсулы незаметно для персонала можно забыть.
Выглянув в щели воздуховода, я стрельнул глазами туда-сюда. Кабинет главврача был пуст, вечер как-никак, почти ночь по местному времени. После этого я без особой опаски снял решётку и, держа её в одной руке, чтобы та не упала на пол, пропустил наружу дешифратора. Причина того, что я так спокойно работаю, была в том, что в кабинетах начальников не было систем слежения, их даже во время постройки модулей на верфях не устанавливают, так же было и тут. Поэтому дроид благополучно шлёпнулся на пушистый ковёр в середине помещения и шустро побежал к замаскированной в стене дверце. У главврача был свой, замаскированный вход в резервную реакторную, а я, проследив, что дешифратор приступил к работе, закрыл крышку обратно и стал терпеливо ожидать. С дроидом я редко поддерживал связь, предпочитая использовать очень тонкий кабель и подключаться к нему напрямую через разъем нейросети на кисти руки.