Автор
В Космоэколухах части первая захватывает взор и восхищает зрителя. Теодор методично работает над землей, как будто та была его рабочим столом. Нежно-зеленый побег в центре смотрится бодрячком, будто приглашая кого-то к взгляду на мир. Этот первый отрыв раскрывает атмосферу глубокой рефлексии над космическими и психическими процессами, создавая живописное описание непростых человеческих связей и решений.
* * *"
"«Д-23» была автоматической орбитальной станцией гашения, оборудованной таким примитивным искином, что даже Маша обозвала его «тупой кучкой байтов». В ответ на запрос он сначала прокрутил получасовую неотключаемую рекламу, затем попросил пожертвовать на развитие прекрасной планеты Хох, вокруг которой они вращаются (буклет с ее «чарующими пейзажами» вызвал жгучее желание сбросить на них нейтронную бомбу), потом затребовал пароль, и угомонился только когда обозленный Теодор вбил в окошко со звездочками неприличное слово. Вряд ли оно было паролем, просто косорукий администратор поленился нормально настроить интерфейс.
Несмотря на пейзажи, на Хохе жило около трех миллионов человек. Из-за воздушных куполов его поверхность напоминала пупырчатую жабью шкуру или, если выставить оптику на максимум, россыпь антикварных новогодних шаров с домиком и терраформированным огородом в каждом. Ближе их рассматривать космолетчики не собирались: их целью был магазинчик при станции. Его хозяин вышел на связь и как-то вяло подтвердил, что да, это его заказ и он готов его принять – если «хлопцы» сами отвезут ящики на склад, потому что помощник недавно уволился, а сам он сломал палец на ноге (судя по изменившемуся тону, об помощника).
Капитан немного поворчал (уже после отбоя, разумеется), поручил Михалычу следить за гашением, а Вениамину за всем остальным, и отправился разгружать ящики вместе с Тедом и Дэном. Полина увязалась за ними – не помочь, так посочувствовать, а то и покомандовать.
Михалыч с комфортом устроился в кресле за капитанским пультом, щурясь от удовольствия и мурлыча под нос в такт снижению негативного заряда дырокамеры. Песня выходила странная, но бравая.
Вениамин открыл кухонный шкафчик и с удивлением обнаружил там бутылку из-под распитого с Павлом коньяка. Видно, после гулянки кто-то сонный и усталый машинально поставил ее на полку заодно с чашками, вместо того чтобы выкинуть в мусорку. Доктор посмотрел бутылку на свет и, поддавшись дурацкому порыву, откупорил пробку, задрал голову и протянул язык навстречу последней капле.
– Кхм, – неодобрительно донеслось из динамика за спиной.
Капля промахнулась и улетела в гортань, взорвавшись там, как граната. Дыхание перехватило, из глаз брызнули слезы. Вениамин обернулся и сквозь их мутную пелену увидел чье-то лицо на вирт-экране, судя по пышному темному обрамлению сверху и сбоку – женское.
– Вдыгмы! – виновато развел руками Михалыч, признаваясь, что это он принял межпланетный звонок.
