Автор
В Космоэколухах части первая захватывает взор и восхищает зрителя. Теодор методично работает над землей, как будто та была его рабочим столом. Нежно-зеленый побег в центре смотрится бодрячком, будто приглашая кого-то к взгляду на мир. Этот первый отрыв раскрывает атмосферу глубокой рефлексии над космическими и психическими процессами, создавая живописное описание непростых человеческих связей и решений....
– Ну как, удалось определить наши координаты? – устало поинтересовался «суженый».
– Сектор «ПР-6», – гордо доложила Маша, разворачивая над голоподставкой трехмерную карту. Теперь все светящиеся точки были подписаны, а спаренные звезды оказались Одиссеем и Пенелопой.
– Ничего себе нас занесло, – охнул капитан. – На самый край Галактики!
– Ага, – угрюмо подтвердил Теодор. – Захотели бы нарочно сюда попасть – месяц летели бы, а тут в один прыжок уложились.
– Что ж, – философски заметил Вениамин, подошедший к пульту вслед за другом, – могло быть и хуже.
– Например? – удивился Станислав.
– По крайней мере это наша Галактика.
– Верно. – Когда покосившаяся картина мира встала на место, размеченное зеленой сеткой с координатами, капитан немного успокоился. – Ничего страшного, подлатаем корабль и вернемся на маршрут. Сколько там до ближайшей станции гашения?
– Сто сорок восемь световых дней, семнадцать часов и семь минут, – невозмутимо сообщила Маша.
– М-да, – после затянувшегося молчания кашлянул Станислав.
Комментировать это решение никто не стал: все и так прекрасно понимали, что других вариантов нет, а капитану приходится тяжелее всех. Рейс накрылся большой черной дырой, причем в буквальном смысле: за месяц простоя часть груза испортится, плюс придется платить неустойку за опоздание. Хорошо если удастся выйти в ноль, не говоря уж о прибыли.
– Кто сообщит пассажирам? – только и спросил Вениамин.
– Вообще-то это обязанность стюардессы. – Тед многозначительно посмотрел на Полину.
Зоолог возмущенно уперла руки в бока:
– Это еще почему?!
– Потому что ты хрупкая девушка и тебя не побьют, – прямолинейно сказал пилот.
– Нет, – отрезал Станислав Федотович, – я сам сообщу. В конце концов, это мой корабль и моя ответственность.
– Я с вами, – тут же вызвалась «стюардесса». – А то вдруг и правда…
– И я, – встал Теодор: на самом деле он просто хотел слегка разрядить траурную обстановку.
Станислав сомневался, что возмущенные пассажиры набросятся на него с кулаками, то бишь щупальцами, но прогонять добровольных помощников не стал. Моральная поддержка была куда важнее физической.
* * *Меракийцы выслушали черную весть на удивление спокойно. Видимо, они все поняли, еще когда корабль тряхнуло и закрасило аварийным освещением, и приняли доклад капитана как неизбежность.
