Автор
Новый корабль "Дерзкий" стал первым в истории космическом лагере в экваториальной окрестности звезды Кеплер-666. Солнце Глаза Гефеста ярче Солнца на Земле, но гораздо более опасно: оно обладает мощными циклонами и гравитационными вихрями, что создает экстремальные условия для жизни. Через три месяца путешествия экипаж достиг Глаза Гефеста — места для исследований еще не было....
– Кажется, я понял, – глубокомысленно произнёс Иван.
– Что вы поняли?
– Вся эта система – единое целое, искусственное сооружение: планета-тор и эта «ось». Она поддерживает «бублик» в равновесии.
– Не уверен. Если бы это был некий стабилизатор положения или защиты, его не надо было хоронить под силовым пузырём. Какой в этом смысл?
– Ну-у… строили его негуманоиды… со своим комплексом неполноценности.
Ядогава засмеялся.
– Обладай человечество таким комплексом, давно бы заселило Галактику. Мне пришло в голову, что, возможно, именно тор служит защитой для «оси», а не наоборот.
– Отколупнём кусочек веретена и отдадим в лабораторию.
– Мне бы ваш оптимизм.
Что-то блеснуло в центре веретена, на его ячеистом поясе.
– Катер! – не поверил глазам Иван.
Система обзора «голема» приблизила центральный пояс «оси», и стало видно, что это действительно космический аппарат, сидевший на одной из чешуй пояса как водяная капля на листке дерева.
– Филипп!
Каледин не ответил.
Иван шевельнул перчаткой биоуправления, и «голем», сорвавшись с места, выписал стремительную петлю, вынесшую катер к своему собрату.
Сели, вглядываясь в лес чешуй и ячей.
– Филипп!
Молчание в ответ.
– Наверно, он вышел наружу, – сказал Ядогава.
– Куда?
– Посмотрите, там, кажется, люк…
Иван вгляделся в ажурную вязь «пряжи», из которой выглядывали серебристые пластины корпуса сооружения, и увидел тёмное отверстие в форме эллипса.
– Выйду, посмотрю.
– Я с вами, если позволите. Когда ещё подвернётся случай.
Иван хотел было проигнорировать просьбу эксперта, но передумал.
– Держитесь рядом и внимательно смотрите по сторонам.
Вывели фозма, предназначенного защищать членов экипажа корабля всеми доступными средствами.
"Вне катера царила невесомость. Масса веретена хотя и была приличной, однако не достигала величин массы небольшой планеты, способной притягивать к себе тела поменьше. Ускорение силы тяжести на корпусе веретена Иван оценил всего в одну тысячную земного.
