Автор
В мире, где мозги можно превратить в кибер-среду, живущую свою жизнь на полюбезничать. В "Космопсихолухи" первый том исследует невероятные возможности человеческого сознания за пределами тела. Атмосфера этого романа непредсказуема и шокирующая, вдохновленная современной научной фантастью, где реальность и призрачные сны начинают переплетаться....
Некоторые прохожие стали проплывными, и у Лики возникло дурацкое ощущение, будто она бредет по мелкому гостиничному бассейну, причем одетая.
– А почему мы на флайере не полетели? – робко спросила она."
"– Сесть почти негде и сушить потом долго, натечет с него на полтрюма. Ничего, сейчас гидрокар стопорнем. – Тед уверенно направился к одинокому, выкрашенному в красный цвет «дереву». Врывать здесь столбы было бессмысленно, рано или поздно все равно подмоет и повалит, поэтому аммы просто растили их в нужном месте, обрезая лишние побеги и нижние листья.
– Чего?
– Вон как раз один плывет.
Пилот забрался на полузатопленный помост у столба и растопырил руки, привлекая внимание местной «маршрутки».
Не прошло и минуты, как о помост заплескались мелкие волны. Воду рассекала покатая спина не то мокрицы, не то трилобита – черная, пластинчатая, лаково блестящая. На ней уже стояли пятеро аборигенов и водитель возле установленного впереди «мотора» с длинным поворачивающимся краном. Оттуда под нос существу тонкой струйкой сыпались плавучие гранулы комбикорма, которые оно сноровисто загребало щеточками-мандибулами.
Водитель из уважения к сухопутным пришельцам подогнал «гидрокар» вплотную к помосту, и космолетчики друг за другом перепрыгнули на живую лодку. Прямо в панцирь животного были вбиты небольшие, по размеру стопы, скобы из какого-то светлого материала. Полина, а по ее примеру и Лика тут же засунули в них обе ноги, хотя аборигенам хватало и одной, а некоторые вообще пренебрегали техникой безопасности.
Станислав включил громкую связь и попытался договориться с водителем. Язык аммов слагался из гортанных щелчков, причмокивания, клацанья зубных пластин и шевеления жаберных щелей на боках, открывавшихся и закрывавшихся в определенном порядке. Для точного перевода требовался комплексный транслятор, а в скафандре был только звуковой, поэтому общение шло на уровне «твоя двигать моя хижина вожак улиток – моя желать твоя куча много».
– Они хвостами виляют, – заметила Лика.
– Главное, чтобы не обиделись и не завезли к черту на кулички.
В конце концов стороны вроде бы поняли друг друга. Водитель повернул кран вправо, и «гидрокар» величаво отчалил от остановки. Плыл он быстро, но очень плавно. Если бы не клин волны за «кормой», можно было бы подумать, что его просто сносит течением.
– Сто тридцать две пары веслообразных лапок, – сообщила Полина, любуясь, как оные мельтешат по краям панциря.
