Автор
Варвара сидела за столом в стиле хай-тек на просторной кухне. Квартира, её внешний вид и даже маникюр подчеркивали современный стиль. Но что-то было не так — всё казалось холодным и безжизненным. Как будто она сама пытается выглядеть стильно, но ей это уже не помогает.
Специально медленно, задержавшись руками не только на талии и ягодицах, но и у коленок, с обратной стороны, у щиколоток.
Было неудобно, что Антон присел на корточки, поглядывает снизу вверх и сосредоточено спускает по Сашиным ногам капрон. Неудобно, но приятно до дрожи в коленках. Переступила с ноги на ногу и почувствовала, как взлетает вверх. Антон поднял её легко, как будто она ничего не весила.
— У тебя же тёплые полы, — попыталась пошутить, болтая ногами в воздухе.
— Угу, — согласился, пока Саша пыталась оглядеться по сторонам, куда её несут.
Оказалось в спальню.
Огромная кровать занимала большую часть комнаты, ковёр между кроватью и окном — в цвет покрывала и гардин. Разница в тканях и текстурах создавала эффект солнечного света, пробивающегося из окна, и делала помещение тёплым. Потолок невообразимо высокий, с рядами ламп, установленных плавными изгибами. Много простора, бьющая по глазам роскошь, сбивающая с ног, при этом ощущение тепла и домашнего уюта.
— Соскучился, — проговорил Антон и улёгся рядом, сграбастав в объятья, прижимая к себе.
Саша тут же почувствовала, насколько он соскучился.
— Что, ни одном симпатичной кореяночки не подцепил? Или корейца? — не смогла удержаться от подколки.
— Глупая, — только улыбнулся в ответ.
А Саша млела от поглаживаний и поцелуев, от дыхания и парфюма, от ощущения собственной беспомощности, от собственного страха и предвкушения боли. Инстинкт самосохранения отключился, уступая место другим инстинктам, более актуальным на данный момент.
Почувствовала губы на своих, язык, открылась навстречу, ощущая стон, поглаживание, вкус и невыносимую нежность, растёкшуюся по всему телу.
Саша не знала, что поцелуи могут быть такими. Такими разными, такими долгими, такими глубокими, поверхностными, лёгкими, лишающими дыхания и дарящими его одновременно.
У Антона кружилась голова, ему не хватало воздуха, казалось, единственным доступным источником кислорода была Саня, её податливые губы, растерянный взгляд и мягкая улыбка. И знакомый запах, чего-то сладкого, родного. Ромашки.
Саня была рядом. Под ним! Как он и хотел, мечтал все эти недели. Вопреки здравому смыслу и логике, чувству гордости, раздражению, даже злости и какой-то странной, щемящей жалости.
