Автор
Взрывы смол и дым заполняли пространство перед нами, каждый шаг подчеркивал невероятную опасность. Я медленно двигалась, поддерживаю раненого мужчину — наш единственный шанс выжить. Наша ситуация была критичной: мы не знали, смогут ли наши узники выбраться из тюрьмы прежде, чем их найдет охрана. Перед побегом жила надежда на то, что сможем выбираться без серьезных повреждений — это был первый этап возвращения домой....
Мелкие и полупрозрачные, эти осколки обеспечивали безопасное путешествие лишь на срок от трёх дней до недели, и даже эти оценки были приблизительными. С такими исходными данными отправлять крупную экспедицию было равносильно самоубийству.
Моё появление, точнее, моё появление вместе с большим, заряженным осколком, который имел ко мне кровную привязку, меняло правила игры. Это означало, что исследования могли длиться неограниченное время, при условии наличия достаточного количества воды и еды.
Но добиться того, чтобы я была частью этой команды, оказалось непросто.
После всё было намного сложнее.
Мы торговались — несколько недель, я и король. И если за королем стояли его советники, друзья и совет лордов, я была совсем одна, отстаивая свои права. Королю нужно было выбирать между его желанием исследовать новую землю и тем, что я буду подвержена опасности. В королевстве существовало негласное правило не подвергать хранителей источников ненужному риску.
Поэтому предложение монарха изменилось: мне все также предлагали присоединиться к экспедиционной группе… после того как я рожу двух детей, двух хранителей. Я ожидала этого и сразу же сообщила, что отвечу отказом на такие условия. В очередной раз не согласившись друг с другом, мы разошлись. Мне даже начинало нравиться это противостояние.
В итоге давление на короля оказал совет лордов, когда стало известно, что соседние государства также начали программы поиска новых земель.
После недель переговоров со мной монарх, вероятно, считал меня невыносимой.
В дополнение к соглашению с королём по поводу работы, мы достигли компромисса относительно моего замужества. Мне было предоставлено два года для поиска подходящего мужа — человека с минимальным титулом графа, который также должен быть хранителем. Это было очень щедрым предложением, учитывая, что хранители обычно не имеют права самостоятельно выбирать себе супругов.
— Миледи Торнхар, я как раз вас искал.
