Автор
Взрывы смол и дым заполняли пространство перед нами, каждый шаг подчеркивал невероятную опасность. Я медленно двигалась, поддерживаю раненого мужчину — наш единственный шанс выжить. Наша ситуация была критичной: мы не знали, смогут ли наши узники выбраться из тюрьмы прежде, чем их найдет охрана. Перед побегом жила надежда на то, что сможем выбираться без серьезных повреждений — это был первый этап возвращения домой....
Пытаясь перевернуться, я обнаружила, что не могу двигаться — меня крепко обнимало тяжёлое мужское тело.
— Феликс, сколько раз мы можем это обсуждать? Пожалуйста, стучись или предупреждай меня заранее, — прошипела я, но мужчина даже не проснулся. Вспомнив, что он не спал несколько дней, я решила отложить разговор о личном пространстве до утра.
Однако утром я его не застала; к моменту моего пробуждения Феликс уже покинул комнату. И я также теперь могла спокойно передвигаться по дворцу. Информация о моей помолвке с Феликсом была опубликована во всех изданиях.
Элоранская делегация покинула дворец, воспользовавшись дипломатическим коридором через Таласскую Империю. Очевидно, соглашение с ними было достигнуто, хотя в прессе об этом не было ни слова.
Зато было очень много обо мне. О том, что Валлед ждут века благоденствия из-за будущей королевы Эллии Торнхар. Чудо, которое произошло с нашим баронством, обещали и всему королевству. Не забыли журналисты и о будущих детях, отметив, что дети Эллии Торнхар и Феликса Второго принесут Валледу долгие годы мира и благополучного сотрудничества с другими государствами.
Благодаря моему дару, разрыв помолвки с Элоранской принцессой прошёл почти безболезненно. Феликсу пришлось заплатить значительные откупные, но Элоран остался доволен сотрудничеством с Валледом и не обиделся. Никто не сомневался, что маг воды лучше подходит Валледу, чем заморская принцесса, тем более что я уже неоднократно доказала свою верность государству и стала национальной героиней.
Таласская сторона была настроена менее дружелюбно. Принцу даже не дали возможности поговорить со мной, хотя он отчаянно этого требовал. После того как он первым сделал мне предложение, в империи набирала популярность теория о том, что злой король Феликс Второй встал на пути истинной любви между принцем Ланселем и мной. Говорили, что принц искренне любил меня и был готов взять в жены баронессу, в то время как Феликс Второй действовал исключительно из собственной выгоды.
Думаю, большинство в империи верило в это. Однако таласская пресса упорно игнорировала факт, что император Людвиго охотно подписал тот же контракт, что и Элоранская сторона. Это свидетельствовало о том, что предложение принца Ланселя было вовсе не случайным и совсем не “баронессе”.
Осознание происходящего всё ещё давалось мне с трудом, но глаза не могли меня обманывать.
