Автор
Взрывы смол и дым заполняли пространство перед нами, каждый шаг подчеркивал невероятную опасность. Я медленно двигалась, поддерживаю раненого мужчину — наш единственный шанс выжить. Наша ситуация была критичной: мы не знали, смогут ли наши узники выбраться из тюрьмы прежде, чем их найдет охрана. Перед побегом жила надежда на то, что сможем выбираться без серьезных повреждений — это был первый этап возвращения домой....
Я не особо соображала, но знала, что ему нужно немедленно оказать помощь и остановить кровь. Но я не смогла добраться до раненого коллеги, кто-то другой быстро догнал меня, и я почувствовала сильный удар по затылку. Перед глазами появились мушки, я упала вперёд, лицом в песок, на секунду потеряв сознание.
Очнувшись, осознала, что меня за ногу тащат обратно в палатку. Я решила притворяться беспомощной, пока не смогу оценить обстановку. Разбойники тихо переговаривались на таласском, и я заметила, что они связывали де Монте и Эгмонта.
Но тяжелее всего было то, что я видела, что Генри был ещё жив, он медленно истекал кровью, не в силах подняться, судорожно дыша и держась за живот, не получая никакой помощи.
Умирая.
Слезы начали катиться по моим щекам, когда я осознала, что мы теряем драгоценные секунды, которые могли бы спасти его жизнь. Постепенно Генри исчез из поля моего зрения, когда меня затаскивали под навес. Я не хотела привлекать внимание, мое лицо было повернуто в сторону, и разбойники не спешили переворачивать меня на спину.
— Эй, парень! — один из талассцев пнул меня в бок, но, не дождавшись реакции, отошёл. Они явно не были профессионалами, иначе не оставили бы меня не связанной. С другой стороны, под моей головой на песке образовалась маленькая лужа крови; возможно, они решили, что удар по голове был слишком сильным.
"Прошло совсем немного времени, но к тому моменту, когда вернулись остальные члены команды, Генри затих. Я надеялась, что он был ещё жив, но понимала, что вероятность этого очень мала.
Де Монте сразу же выдал, что единственной, кто знал, где осколок, была я, поэтому талассцы время от времени пинали меня, но, не получив реакции, отходили и продолжали обыскивать палатку. С каждой минутой их нервозность нарастала, они уже поняли, что лагерь был слишком велик для пятерых.
Главарь банды, вспотев, также снял тряпки со своей головы. Это оказался лысый загорелый мужчина с уставшими глазами и длинной бородой. Вероятно, они находились в бегах уже долгое время.
Краем глаза я заметила, как мужчины из нашей команды приближались к лагерю. Под навесом, где я находилась, было трое разбойников. Алистер продвигался тихо, направив тонкий меч в сторону врагов.
