Автор
Взрывы смол и дым заполняли пространство перед нами, каждый шаг подчеркивал невероятную опасность. Я медленно двигалась, поддерживаю раненого мужчину — наш единственный шанс выжить. Наша ситуация была критичной: мы не знали, смогут ли наши узники выбраться из тюрьмы прежде, чем их найдет охрана. Перед побегом жила надежда на то, что сможем выбираться без серьезных повреждений — это был первый этап возвращения домой....
Почему… мир так несправедлив? Генри ведь почти не видел мира, не сделал ничего плохого. Он умер в одиночестве, напуганный, медленно истекая кровью, так и не дождавшись помощи. Вдали от родных и друзей.
Наконец Алистер вернулся. Он единственный из нас выглядел сосредоточенным, ни следа сомнения в его глазах.
— Мы собираемся. Элли, Грегуар, не шевелитесь. Касил, промой их раны и окажи первую помощь, после этого контролируй периметр. Энтони, Джоэл, пакуйте только самое необходимое, палатки оставим здесь.
— Что насчёт нас, Алистер? Развяжи нас, мы поможем, — вмешался Седрик.
— Нет. Я решу, что с вами делать, как только мы соберёмся. На этот раз мне нужно просчитать все последствия.
Глава 3. Чрево
Обратный путь к западной границе занял двадцать часов, мы почти не останавливались. Питались хлебом и сыром, ничего не готовили. Мне было очень жалко уставших рациканов, но я понимала, что у нас не было времени - состояние наставника ухудшалось с каждым часом.
Алистер решил, что для меня и наставника слишком опасно находиться на рациканах самостоятельно, скорее всего, мы упадем, поэтому я ехала с Энтони, а лорд Лойт - с Джоэлом. Рациканы, которые несли двойную нагрузку, менялись каждые два часа, и благодаря этому выглядели свежее тех, что не получали отдыха.
Де Монте и Эгмонт были развязаны, но я видела, что перед этим Алистер увел в сторону оставшихся мужчин и выдал им какие-то указания, казавшиеся гвардейцев. Седрик выглядел потерянным, иногда пытался поговорить с нами, в то время как Люсьен молчал, он не произнес и слова с того момента, как погиб Генри. Он выглядел по-настоящему виноватым и, скорее всего, осознавал, что во многом из-за него погиб невинный человек.
Мы забрали Генри, чтобы отдать его родственникам. Нужно сделать для него хотя бы это.
Вначале обратного пути я считала, что с учетом всего произошедшего, я легко отделалась. Приступы головокружения все еще случались, но мою рану на затылке промыли и забинтовали. Подозреваю, что напарников смущал мой вид, я была полностью покрыта кровью. Не моей.
Я не могла поверить, что почти убила кого-то.
