Автор
Взрывы смол и дым заполняли пространство перед нами, каждый шаг подчеркивал невероятную опасность. Я медленно двигалась, поддерживаю раненого мужчину — наш единственный шанс выжить. Наша ситуация была критичной: мы не знали, смогут ли наши узники выбраться из тюрьмы прежде, чем их найдет охрана. Перед побегом жила надежда на то, что сможем выбираться без серьезных повреждений — это был первый этап возвращения домой....
— Хорошо, конечно, прости, прости, — тут же зашептал виновато принц, и я вспомнила, что он был еще очень молод, того же возраста, что и я, но уже столько пережил…
Решила выложить все как на духу и спросить его совета:
— Кочевники нашли моего рацикана, и обратный путь займет очень долгое время. Вы знаете, как попасть за ограждение, где они держат животных?
— Нет… но ключи от ворот должны быть у начальника смены.
— А начальник смены в…
— В здании с синей дверью. Но туда можно попасть и из этого здания.
Я долго молчала, размышляя. В теории я могла бы попытаться пересечь такую территорию пешком, благо, не в первый раз, но дистанция была даже близко не сравнима с той, что я прошла от храма Стонвелл до Мокта. Возможно, у меня ушло бы больше недели.
— Элли? — голос принца вновь стал испуганным.
— Я тут, простите. Просто задумалась. Я планировала добраться до Валледа и привести сюда армию.
— Даже если бы у тебя хватило сил, вряд ли твои осколки выживут такое время в пустоши. Это слишком рискованно.
Вопрос осколков меня не особенно волновал, но, конечно, я не собиралась сообщать ему об этом.
— В том же здании с синей дверью кочевники хранят свои осколки, — сказал принц, явно желая мне помочь. Он не понимал, что я боюсь рискнуть проникнуть в здание и украсть ключи.
Я не сразу поняла, о чем он, но потом вспомнила “украшения”, которые сегодня уже находились на шеях Феликса Второго и других похищенных.
— Нет.
— Хорошо… а то ты бы точно не смогла убежать.
— Ваше Высочество… скажите, к начальнику смены приходят убираться?
Принц удивился моему вопросу:
— Конечно! Ко мне тоже приходят убираться, каждый день, но я видел их только несколько раз перед тем, как кочевники решили закрыть мне глаза.
— И когда это происходит?
— У них нет особого графика.
***
На следующий день я ощущала сильное волнение, но была решительно настроена действовать. У меня не было еды, и я не верила, что справлюсь с таким пешим походом, не уверенная в направлении, ослабленная, по жаре.
Вчера таласский принц по моей просьбе научил меня нескольким словам на аракийском, таким как “здесь”, “убери”, “сюда”, “да”, “нет”.
