Ой, ветер свищет...ой— пурга! Загрустила что-то Баба-Яга. Затушила свечку, забралась на печку, Помело— под ухо, и сопит старуха, будто нос у неё не нос, а насос... — Что за дичь? — поморщилась, переключив плеер на радио. Знакомый голос диктора на популярной FM-станции вызвал улыбку, расслабляя. Вокруг царит непонятная тишина, а легкий ветер шуршит по старым деревьям, принося с собой мрачные воспоминания и завораживающую фантастику....
«Интересно, когда я их брала, куда планировала ходить? — рассматривала вещицу, больше подходящую для подростка, чем девушке — коротко, облегающе, провокационно, — или просто лукавлю себе и все же хотела провести один из вечеров в клубе».
Из того же разряда была и сетчатая кофточка с паучками, что прикрывали грудь. Между ними большими белыми буквами размещалась надпись «My BООbs» (прим. автора: boobs перевод с англ. — буфера, сиськи. Здесь игра слов, другое использование слова «boo» — сленговое обозначение бойфренда или подруги.
Но сегодня был точно не тот день, когда следовало светить сосками под прозрачной кофточкой. Мне надо было выглядеть достаточно раскованной, но в то же время скромно.
Из всего вороха вещей лишь одно платье идеально подходило для намеченной цели. Предельно короткое, в таком точно нельзя нагибаться, но полностью закрытое. Правда, провокационная надпись на груди гласила, что я богиня секса. Указательные стрелки стелились прямиком между ног, надеюсь, сейчас мало кого таким удивишь.
«Для бара сойдет»
К моему удивлению, бабушки не оказалось дома, а записка гласила, что явится она только утром, какое-то срочное дело в городе. Ба строго настрого просила сегодня не выходить никуда, мол Купальская ночь и прочая мистическая лабуда, которая, похоже, здесь была в моде — даже к бабушкиному дому доносились биты «Костей», а мимо нашего дома, по дороге ведущей к усадьбе, нескончаемым потоком съезжались гости.
Проверив заряд телефона, я посёрфила в сети, какие коктейли вызывают стойкие кишечные расстройства и прочие неприятности личного характера. Подхихикивая, представила бешеного добермана, мечущегося в поисках туалета.
— Так тебе и надо, хам! Будешь знать, как девочек обижать! — повозмущалась вслух.
Васька заинтересованно поднял голову.
— Это не тебе, муркотей, — погладила по пушистой голове. — А башка у тебя ого, крупная и сам ты такой, не малыш.
Котейшество довольно сощурился.
— Ты тут местный котоворот, да, Вась? Гроза полосатиков и рыжиков, — ласково потрепала по холке, — наверное всех мурок покрыл, нагибатор ты наш.
Васька недовольно фыркнул, как будто оскорбившись.
— Ой, да ладно отрицать, — усмехнулась я, на ходу обуваясь.
— Мр-мав?
Честное слово, в мурчании звучал вопрос.
— Да-да, знаю, что бабушка советовала не выезжать этим вечером. Но у меня вопрос жизни и смерти, Вась.
