Ой, ветер свищет...ой— пурга! Загрустила что-то Баба-Яга. Затушила свечку, забралась на печку, Помело— под ухо, и сопит старуха, будто нос у неё не нос, а насос... — Что за дичь? — поморщилась, переключив плеер на радио. Знакомый голос диктора на популярной FM-станции вызвал улыбку, расслабляя. Вокруг царит непонятная тишина, а легкий ветер шуршит по старым деревьям, принося с собой мрачные воспоминания и завораживающую фантастику....
Лицо ее не дрогнуло. Ни страха, ни сомнения. Холодная решимость и какое-то потустороннее удовлетворение.
«Надо же, где они нашли такую матерую убийцу, что вот так смотрит в лицо жертве и упивается минутой славы?»
Салютнул ей, чуть качнув бокалом, но и это не вывело колючку из равновесия. Развернувшись к нам спиной, явно не собираясь дожидаться плодов своих трудов, Ядвига вернулась на подмогу Ульриху."
"На что она рассчитывала, пытаясь отравить хозяина бара при всех? Совсем идиотка что ли? С другой стороны, если заказали меня смертной, то смертные же и заказывали.
«Нужно платить за свои поступки, детка. Как говорится: боишься — не делай, делаешь — не бойся».
Тем временем, на заднем плане кто-то вбросил в толпу пьяное “на костер его”, крик этот тут же подхватили любители острых ощущений, рванув к выходу.
«Отлично, сейчас свидетелей меньше станет».
Самые смелые хотели прыгать первыми, кто-то был даже готов попробовать кидать товарищей на манер груза.
Яда не заметила переполоха. Стояла, сжимая тонкими пальцами край стойки. Губы побелели, глаза расширились. Нет, теперь она походила на убийцу ничуть не больше, чем русалка на птицу сирин.
Да чтоб меня! Эта идиотка просто не знала, что висит над баром! Хотела напакостить, видно, расплатившись за наш утренний разговор или игру в Коршуна.
Я растер шею, пытаясь не ухмыляться, начал кашлять.
— Воды, — сипло вышло, от души прямо. Свет дернул плечом, резко повернувшись с таким перепуганным взглядом, что я аж сам поверил — помираю. Лицедей недоделанный!
— Воды дай, — повторил, неловко шлепая губами по краю полученного стакана.
— Что ты напихала в пойло? — холодный голос не предвещал радости и повышения по службе. Стажерка, видно, поняла это сразу. Вся напряглась, почти осязаемо.
