Ой, ветер свищет...ой— пурга! Загрустила что-то Баба-Яга. Затушила свечку, забралась на печку, Помело— под ухо, и сопит старуха, будто нос у неё не нос, а насос... — Что за дичь? — поморщилась, переключив плеер на радио. Знакомый голос диктора на популярной FM-станции вызвал улыбку, расслабляя. Вокруг царит непонятная тишина, а легкий ветер шуршит по старым деревьям, принося с собой мрачные воспоминания и завораживающую фантастику....
Он убрал руку, закинул на себя мою ногу и вжался пахом между моих ног, давая понять, как сильно возбужден. Я застонала в его рот, и он жадно ответил на поцелуй, терзая губы. Он ощущался таким твердым, что я невольно задумалась о том, чтобы… дойти с ним до конца.
Это была грань, которую я никогда не переступала. Моя невинность не была для меня обузой, и я никогда не стремилась отделаться от нее. Казалось, что все должно случиться по большой любви, на взаимном доверии и принятии, а не с гребаным доберманом, которого я едва знала! Мне никогда не срывало крышу настолько.
«Это Кощеев, Яда! Тот, кто бесконечно тебя оскорбляет и насмехается! — вопил внутренний голос. — Какого хрена я вытворяю?»
Мысль остудила молниеносно, будто со всей дури упала в ледяной бассейн. Я увидела, как безобразно выгляжу со стороны, почувствовала, как спадает наваждение, а возбуждение сменяется злостью.
Вспомнились ее предупреждающие слова: — Он погубит тебя, Ядушка.
Эти слова стали последней каплей.
Укусила Кощеева за губу, когда поняла, что мое сопротивление и попытки оттолкнуть на него никак не действуют. А потом, недолго думая, врезала ему между ног.
Он издал короткий стон и согнулся, уткнувшись лбом в шкаф над моим плечом. Не теряя времени, поднырнула под его руку, на ходу натягивая слишком длинные штаны до самой груди и бросилась бежать, маневрируя между мебелью.
«Жуть! Вообще не мой тип. Но, черт меня подери, он ходячий секс! Как?! Как мне теперь смотреть ему в глаза? Что делать?!»
Закрепив шнуровку и поправив футболку, я потерла лицо.
«Вот и поговорили! И как мне теперь найти комнату? Не спускаться же в таком виде на ресепшен?!»
К моему удивлению, словно из ниоткуда появилась горничная. Она была настолько миниатюрной и милой, что смахивала на феечку. Мило мне улыбнувшись, отчиталась звонким голоском:
— Кирилл Константинович велел передать вам ключ. Ваш номер второй по коридору слева."
"Кивнула молча, стараясь выглядеть невозмутимо и спокойно. Но сердце не собиралось успокаиваться.
