Ой, ветер свищет...ой— пурга! Загрустила что-то Баба-Яга. Затушила свечку, забралась на печку, Помело— под ухо, и сопит старуха, будто нос у неё не нос, а насос... — Что за дичь? — поморщилась, переключив плеер на радио. Знакомый голос диктора на популярной FM-станции вызвал улыбку, расслабляя. Вокруг царит непонятная тишина, а легкий ветер шуршит по старым деревьям, принося с собой мрачные воспоминания и завораживающую фантастику....
Словно из ниоткуда появился заварник с ароматным чаем, блины, сметана, мёд и варенье в аккуратных вазочках. Серебряные ложечки, мягко опустились в лакомства.
— Кушать подано, — отчиталась изба.
Ворон и кот взобрались на стол, каждый к своей чашке. Прихлебывая чай да закусывая блином со сметанкой, в котором сметаны было, несомненно, больше, Васиссуарий Венедиктович заметил:
— Пусть Ладомила и не хочет трогать эту тему, надеясь защитить внучку, но в целом согласен, молчать дальше уже невозможно.
Смачно потянув чай, Яким поддакнул:"
"— Мы не должны забывать, что Ядвига хоть и родилась в Могилёв — Кощееве, но прожила здесь неполных три года своего детства, а потом бывала только наездами.
Изба тяжело вздохнула.
— Скрывать от Ядушки дальше опасно. Кощеевым духом от нее несло за версту… Что делать будем? Яге скажем?
— Нет, — проголосовал кот.
— Нет, — поддержал ворон.
— Согласна, — подытожила изба. — Помню — помню, какой может быть Яга в гневе! Уберу все запахи и одежку простирну.
— Но поговорим обязательно, — заключил Васиссуарий. — Все темнили, как могли. Прежде я мирился с таким положением вещей. Но больше не могу. Лучше от родных пусть правду узнает, чем ей ТАМ поведают.
— Согласен.
— Нельзя больше скрывать, — вновь единогласно проголосовала магическая братия.
— Всему своё время, — голос Яги, стоящей на пороге кухни, испугал всех. На ровных лапах, кот подпрыгнул на месте, смешно топорща хвост и шёрстку. Яким подавился чаем и закашлялся, изба вздрогнула.
Ладомила хмыкнула.
— А что это у нас тут за партсобрание магических существ да без председателя? Бунтовать вздумали?
— Матушка, — залебезила изба, — да мы тут чайком балуемся, просто разговариваем.
— Ну да, ну да, — Яга прошла на кухню, бухнув на стол полные трав сумки. — Разбери да по местам развесь.
— Конечно, конечно, — промямлила изба.
Сумки исчезли. В кухне осталось только трое.
Баба, сложив руки под грудью, строго рассматривала двух помощников.
— И кто из нас тут Яга?
— Ты, родненькая, — тихо ответил Яким.
— Вот и я думала, что я. А смотрю, что Васька вроде Бабой себя возомнил. Сказала вам, не трогать Яду, близко к ней не подходить, чтобы духа вашего не было рядом! — в кухне потемнело в раз. Ладомила, что давно пост Бабы Яги держала, разом изменилась: из милой, приветливой старушки превратилась в старую каргу — морщинистую, злую.
