Автор
Когда женщина начинает говорить о том, что ей можно дать, словно это священное откровение, вы сразу понимаете, насколько она хочет услышать правду. И если в понедельник вас спрашивают так по поводу чудесного костюма Адама для Евы, то вы не стесняетесь обещать найти его где-то на рынке или подружиться с модельером, даже если это вымысел....
Я побоялась поднимать голову Насти, потому что отлично знаю: если у человека травмирован позвоночник, лучше не трогать пострадавшего, помощь, оказанная непрофессионалом, может убить его. Но на полу не было ни капли крови. Скорей всего, Настю стукнули ласты из литой резины, они достаточно тяжелые, да еще падали с высоты более двух метров. Один раз мне, сидевшей на корточках около буфета, плюхнулась с верхней полки на темечко фарфоровая статуэтка балерины. Стало неожиданно больно, потом голова начала кружиться, возникла тошнота, и спешно вызванный врач поставил диагноз: сотрясение мозга.
Я допила невкусный чай, еще раз вспомнила, как Настя лежала на спине, и поежилась. Что-то казалось мне нелогичным, некая деталь не укладывалась в картину несчастного случая, но я никак не могла сообразить, что меня настораживает.
Зачем сняли с антресоли утюг? Надо непременно спросить у Лады, вероятно, она в курсе.
– Алло… – простонала художница. – Кто меня беспокоит? Алена, ты? Я умираю в больнице. Мне очень плохо! Скоро случится инфаркт!
– Это Лампа, – представилась я. – Как там Настя?
– Ей делают операцию, – протянула Лада.
– Зачем? – испугалась я.
– Я не поняла объяснений доктора, – заныла Петрова, – он слишком умничал. Вроде Настя, когда упала, ударилась затылком о пол, и в ее голове получилась… слово какое-то странное… атом, что ли…
– Гематома? – предположила я.
– Верно! – воскликнула Лада. – И ее необходимо удалить.
– Что еще сказал врач? – забеспокоилась я."
"– «Делаем все необходимое в полном объеме», – процитировала Лада. – Пожалуйста, Лампа, приезжай за мной. Бесплатная медицина ужасная вещь! Я объяснила местному терапевту, что у меня начинается инфаркт, попросила устроить консультацию кардиолога, желательно профессора. Знаешь, как отреагировал дуболом?
Я промолчала, а Лада продолжила:
– Он сказал: «Вашему здоровью позавидует бегемот.
– Могу, конечно, приехать, – прервала я лавину стенаний, – но Илья Николаевич еще не вернулся, а вы просили дождаться его, боялись, что муж разнервничается.
– Он в прекрасном физическом состоянии, – живо заявила Лада, – а я умираю.
