Автор
Когда женщина начинает говорить о том, что ей можно дать, словно это священное откровение, вы сразу понимаете, насколько она хочет услышать правду. И если в понедельник вас спрашивают так по поводу чудесного костюма Адама для Евы, то вы не стесняетесь обещать найти его где-то на рынке или подружиться с модельером, даже если это вымысел....
Но потом, когда товарищ сунул нос куда не следует, Спиридонов вывел его из-под удара, сделал так, что владелец клуба уволил врача, не заподозрив того в любопытстве. Останься Федор в школе лук-до, он мог навалять глупостей, и вряд ли я бы разговаривала сейчас с ним – трупы, как известно, не болтливы. И как же Барбосов отплатил верному другу?
Я сделала попытку улыбнуться, но потерпела неудачу, из меня полились совсем не ласковые слова:
– Я знаю, что ты ни разу даже не навестил вдову Димы. Мы собирались у Ани после того, как было найдено тело ее мужа, пришли все друзья, кроме тебя.
– Хорошо тебе, Романова, из себя Джеймса Бонда корчить, – поежился Барбосов, – ногу-то мне сломали!
– Митька тебе жизнь спас, – тихо сказала я, – а ты его предал. Одного не пойму: как ты сейчас решился правду открыть?
– Мне страшно, – заныл Барбосов.
– От кого и кому? – не поняла я.
Федор затравленно оглянулся на дверь.
– Вдруг Митька жив?
– Тело Спиридонова нашли в лесу, – напомнила я. – И Дима ничего не рассказал Лукьянову о том, как была сломана твоя нога, иначе б, Феденька, не сидеть тебе сейчас в этом уютном кабинете.
– Ошибаешься насчет тела! – горячо возразил Барбосов.
– Делали анализ ДНК, – напомнила я, – а он никогда не лжет.
Глава 17
Федор визгливо рассмеялся:
– Романова! Я понятия не имею, чем занимался Митька, но подозреваю, что не цветочки разводил. Спиридонову ничего не стоило разыграть спектакль. И Анька небось была в курсе. Муж и жена одна сатана! Она дала для сравнения ДНК якобы Димкину зубную щетку, только никто ж не проверял, что она действительно Спиридонова.
– Остановись, Барбосов! – приказала я. – Дима умер, Аня вышла во второй раз замуж за Андрея. Не неси чушь!
– Спиридонов мне отомстить решил, – зашептал Федор, – выждал время и начал пугать! Отметина на коже Гудковой прямо как моя. Кто еще мог ее оставить?
– Роман писателя Барбосова «Монте-Кристо номер два», – скривилась я.
