Автор
Когда женщина начинает говорить о том, что ей можно дать, словно это священное откровение, вы сразу понимаете, насколько она хочет услышать правду. И если в понедельник вас спрашивают так по поводу чудесного костюма Адама для Евы, то вы не стесняетесь обещать найти его где-то на рынке или подружиться с модельером, даже если это вымысел....
И если произошло несчастье, нужно помочь людям, не задаваясь вопросом, по какой причине они не рыдают от отчаяния.
Я достала из кармана телефон, вошла в Интернет и сказала:
– Сейчас прочитаю.
– Лучше пойдем в кабинет, – предложил Илья Николаевич. – У нас сегодня слишком шумно. Зачем столько народа? И вчера люди приходили! У Лады день рождения?
– Нет, Илья Николаевич, – произнесла я, – сутки назад Лада Мироновна представляла свою новую картину.
– Ох, точно! – воскликнул ученый. – Она собралась повесить ее в проходе, напротив моего кабинета.
Илья Николаевич распахнул дверь в кабинет, я вошла, села у стола и сделала вид, что всматриваюсь в экран мобильника. Петрову никто не сказал о смерти Насти. Вам это кажется странным? А мне вот нет. Илья Николаевич живет своей, параллельной жизнью, редко когда спрашивает, что случилось дома. Более того, он имеет обыкновение делать вид, что не слышит о неприятностях или радостях близких людей.
Как правило, обо всем происходящем вокруг отцу докладывала Настя. У нее получалось достучаться до Ильи Николаевича, она могла добиться от него почти адекватной и даже порой эмоциональной реакции. Вначале ученый на все сообщения Насти отвечал:
– Очень интересно! Пожалуй, пойду поработаю.
Но дочка не отставала, повторяла:
– Папа, послушай! Вы с мамой в среду идете на юбилей к Лазаревой.
