Автор
Когда женщина начинает говорить о том, что ей можно дать, словно это священное откровение, вы сразу понимаете, насколько она хочет услышать правду. И если в понедельник вас спрашивают так по поводу чудесного костюма Адама для Евы, то вы не стесняетесь обещать найти его где-то на рынке или подружиться с модельером, даже если это вымысел....
– Веня, быстро посмотри ближайших родственников Валентины!
– Муж Андрей Семенович Воробьев, сын Олег Андреевич и дочь Катя, – ответил Греков.
– Больше никого? – не успокаивалась я.
– Нет. Прикольно, – захихикал Вениамин, – Екатерина Воробьева в замужестве стала Дроздовой. Сплошные птички!
Я с трудом удержалась от того, чтобы не забегать по комнате. Сергей Петрович Лукьянов, в центре которого до пожара работал Дима Спиридонов, имел сестру, врача-гинеколога Валентину Воробьеву. Она – владелица дома в селе Лукьянове, неподалеку от коего нашли останки Мити.
– Веня! – закричала я. – Ну-ка, скажи, где работает сейчас Валентина Петровна Воробьева?
– Частная клиника Сереброва, – ответил Греков. – Специализация заведения – акушерство и гинекология, открыт родильный дом.
– Боже! – подпрыгнула я. – Осталось выяснить, как там оказался Гриша.
– Кто? – не понял собеседник.
– Можешь влезть в их регистратуру? Поищи медкарту Григория Валерьевича Гудкова, – потребовала я. – Надеюсь, она там есть. Скорей всего, Гриша обращался в центр лет восемь-девять назад.
– У них архив упорядочен не по годам, а по фамилиям, – уточнил спустя короткое время Веня.
– Ой, какой ты молодец, – обрадовалась я. – Взломал защиту!
– Уж сколько раз твердили миру, ставьте пароль из цифр и букв, – вздохнул Вениамин, – лучше всего от балды, допустим «АК209б7904».
