Автор
В суете крошек и плесени, где мир кажется размешанной субстанцией, житель квартиры Квиллера думает о своем нерасположении. В окне городского солнца высвечивается его халупа, где завтрак подобен пустым обещаниям.
Из-за сборчатой ширмы, составленной из обложек старых «Читательских справочников», тотчас появился добродушный хозяин, Боб Орекс, выглядевший более чем изысканно среди своих более чем странных произведений. Вокруг красовались бумажные цветы, расплющенные под стеклом, подносы, выложенные ободками от сигар, и канделябр из бычьих рогов, стоявший на вышитых салфеточках. Одну стену полностью занимала мозаика из жестяных лимонадных пробок. Другие были украшены рекламами супермаркета и кондитерскими обертками, переплетенными в красный бархат и вставленными в позолоченные рамки.
– Так это и есть ваш заработок! – воскликнул Квиллер. – Кто же покупает такие штуки?
– Организованное Уродство радует тех, кому надоела Красота, кто утомлен Вкусом и перекормлен Целесообразностью, – оживленно заговорил Орекс. – Люди не могут вынести слишком большой дозы красоты. Смертным она не по нутру. Это новое течение – мятеж изощренного интеллекта. Заурядный покупатель из среднего класса его отвергает.
– И вы оформляете интерьеры в этом стиле?
– Разумеется! Я только что оформил для клиента спортивную комнату, смешав пресыщено-депрессивный и современно-почтовый стили.
Квиллер потрогал ряды женских побрякушек, инкрустированных в пепельницы.
– А эти галантерейные экспонатики – для завлечения покупателя, – пояснил Орекс и добавил с лукавой улыбкой: – Надеюсь, вы понимаете, что я затесался в это направление отнюдь не по велению сердца.
Квиллер какое-то время блуждал по лавке, потом сказал:
– Славная была вечеринка в ночь на понедельник у Дэвида. Слышно, он дает ещё одну в воскресенье – в честь миссис Нойтон.
– Меня там не будет, – с сожалением отозвался Орекс. – Мама даёт обед, а если меня не будет под рукой, чтобы смешать для гостей крепкие напитки, мамины друзья обнаружат, какая у неё на самом деле мерзкая стряпня! Мама рождена не для кухонного передника… Но вас порадует знакомство с Натали Нойтон.
Квиллер повертел в руках розового фламинго, в котором загорелся свет.
– А очень были дружны Нойтоны и Тейты? – спросил он.
Орекса это позабавило.
– Сомневаюсь, что они вращались в одних и тех же кругах.
