Автор
В уютном кабинете старика-мага, где мягкий свет заката игрался словно живой художник на столах и стенах, происходило важное собеседование. Руки молодого шпиона с длинными мускулистыми ногами медленно танцевали над бумагами, но его взгляд оставался устремлённым в глаза старика. Здесь ждало что-то большее, чем обычное дело — здесь стучала судьба самой опасной шпионки на свете....
– Ты же не думаешь, что это конец? И он не отправится тебя искать? – с весельем в глазах проговорила она.
Алисия с сомнением посмотрела на спящего супруга.
– Это только если я ему действительно нужна… у него будет время разобраться в себе.
– У тебя есть фора в несколько месяцев. Мама сможет удержать его в постели до полного выздоровления, и я, если понадобится, его слегка отравлю, но как только он до конца оправится, никакие силы его не удержат. Надеюсь только, что к тому моменту ты найдёшь свои мечты.
Ещё раз бросив взгляд на спящего, Алисия молча покинула комнату, в то время как Каллисто забралась рядом с ним на постель.
– Неужто кто-то умер? – хриплый голос заставил её замереть и медленно повернуть голову в сторону брата. – С таким видом только на похороны собираться, – криво усмехнулся он, но видя, что сестра не реагирует, продолжил: – Что ты здесь делаешь?
– Как, что? Некролог сочиняю. Он был настолько тщеславен и упёрт, что умудрился потерять то, что желал больше всего на свете.
– Как пафосно… На тебе сказывается влияние воздушника.
Каллисто криво улыбнулась и потянулась за письмом, что Алисия оставила на тумбочке, передавая его Тесею. Он слабо опустил руку, крепко держа сложенный листок.
– Тебе прочесть?
– Не надо. Я сам. Потом.
– Ты ослаб. Я сейчас принесу бульон или что там нужно больному…
– Подожди! – девушка уже начала подниматься, но он перехватил её и с силой, не свойственной больному, удержал.
– За что? Глупости! Мы же семья!"
"– Я бы всё отдал, чтобы на дне твоих глаз не поселилась эта тоска, – Каллисто отвернулась, а он продолжал гладить её по ладони большим пальцем.
– Ты забываешь, я – стервозная и избалованная девица, ем людей и магов на завтрак.
– Не надо, не ври мне. Я прекрасно знаю, как это разъедает душу. Ты никогда не сможешь выкинуть из головы их лица.
– Но ведь я поступила правильно? – с болью шепнула она.
– Кто я такой, чтобы судить, что правильно, а что нет… Ты сделала то, что должна, и, если бы у меня был выбор, я бы поступил так же.
Одинокая слеза покатилась по её щеке.
– Я люблю тебя, братец, даже несмотря на то, что ты непроходимый тугодум! – Калли кинулась к нему на грудь и разрыдалась, не замечая, как ёкнул Тесей; он же поднял руку и слабо прикоснулся к её волосам.
