Автор
В Салоне Арнсайд-Хаус царит тихий упадок. Высокие просторные комнаты в стиле эпохи изящества давно покинули модный горизонт, оставляя за собой след потертых ковров и залатанных занавесей. Вместо ярких красок и сверкающей росписи — выцветший шелк обивки, потресавшая синева стенных полотен и тускнеющие золотые рамы....
Глаз, страшно увеличенный стеклом, продолжал с минуту рассматривать его.
— Да, так и есть! — сказал мистер Станден, опуская, наконец, лорнет. — Пойдем, Кит! Ваш самый покорный, мэм!
У нее едва хватило времени вежливо поблагодарить за чудесный вечер, когда дверь ложи за ними захлопнулась.
— Придется везти тебя домой на извозчике, Кит! Не взыщи! — заметил он.
— Я согласна, чтобы ты отвез меня хоть на тачке! — заверила она.
— Ну это совсем не пойдет, — глубокомысленно решил мистер Станден. — Собрали бы всех зевак в городе.
Она рассмеялась, все еще нервно:
— О, Фредди, как можно быть таким смешным, когда ты так мудр!
Пораженный, он спросил:
— Ты думаешь, я мудр, я?
— Ну конечно ты! Ты всегда знаешь, что делать, и если бы я слушалась только тебя, то не попала бы в такое ужасное положение! Ты не очень на меня сердишься, Фредди?
— Да нет, ты не виновата! Ничуть не в претензии! — заверил он.
— Ты слишком добр ко мне! — Она едва коснулась его локтя. — Мне так стыдно, и я так благодарна, что ты спас меня! Я была в полном отчаянии! Но Фредди, ты бы видел обед в начале вечера! Пожалуй, к лучшему, что ты ничего не видел, потому что, переглянись мы с тобой, я покатилась бы со смеху! Я сидела рядом с мистером Скортоном, и он все ел и ел, пока не стал лосниться, и я гадала, умеет ли он вообще говорить!
— Предупреждал же тебя, что это еще тот экземпляр.
— Понятия не имею, он присоединился позднее.
— Рад служить, — довольно промурлыкал мистер Станден. — Парень докучал тебе?"
"— Да нет, он был так же нелеп, как все. Нет, не это.
— Что-нибудь еще? — поощрительно удостоверился мистер Станден.
Она кивнула, закусив губы.
— Да, но боюсь, что мне не следует об этом говорить даже с тобой. Просто не знаю, что и делать!
— Ничего и не стоит предпринимать, пока мы не сели в экипаж: расскажешь мне все там.
В темноте кареты он попросил ее быть откровенной. Она поколебалась.
— Что ты знаешь о моем кузене, Фредди?
— Ничего. Просто симпатичный парень.
— Тебе о нем Джек что-нибудь рассказывал?
— Только то, что он твой брат. Да это было у Мег, ты же помнишь? А что Джек сказал тебе?
— Это не Джек, а сам Камилл, он говорил со мной сегодня. Фредди, похоже, что он и не шевалье вовсе, а — трудно выговорить — авантюрист.
