Автор
В Салоне Арнсайд-Хаус царит тихий упадок. Высокие просторные комнаты в стиле эпохи изящества давно покинули модный горизонт, оставляя за собой след потертых ковров и залатанных занавесей. Вместо ярких красок и сверкающей росписи — выцветший шелк обивки, потресавшая синева стенных полотен и тускнеющие золотые рамы....
Но, может быть, он захочет навестить нас в Ирландии, он убедится, что ошибался.
Лицо Долфинтона просияло.
— Да, пусть Хью приезжает к нам! И Китти приезжает, и Фредди. Я им покажу моих лошадей.
Китти воспользовалась его монологом, чтобы отвести пастора к окну.
— Хью, честное слово, ты не можешь оказать бедняге большего благодеяния, чем женить его на Ханне. Она добрая и чрезвычайно практичная натура. Они собираются ехать в Ирландию, он будет выращивать лошадей и станет счастливым! Признайся, что для него это во благо.
— Конечно. Я всегда утверждал, что он просто создан для тихой деревенской жизни, и когда жил здесь со мной, вел себя вполне разумно. Не слишком умен, конечно, но, разумеется, не умалишенный!
— Именно! Но знаешь, Хью, его мать угрожает посадить его под замок!
— Ты, верно, ошибаешься! В этом нет необходимости!
— Не знаю, на что она способна, но угрозы эти он слышит постоянно! Что до ее доктора, Долфа в дрожь бросает, как только он подумает об этом негодяе! Она даже слуг заставляет шпионить за ним, они ей докладывают, что он и где!
— Да, но побег!.
— Я уверена, ты просто боишься тетки и что люди скажут, Хью! — перебила она с разгоревшимся взглядом. — Ты не можешь отказаться обвенчать двух взрослых людей, когда нет — нет! — препятствий!
Немного покраснев, он возразил:
— Я не боюсь исполнить мой долг! Но там, где замешаны интересы семьи…
— Если уж Фредди игнорирует подобные соображения, то тебе думать о них и вовсе не пристало!
— Неужели Фредди знает об этой афере? — ошеломленно спросил он.
— Естественно.
— Могу только выразить удивление, но Фредди мне не указ.
Оскорбленная нотами превосходства в его тоне, Китти парировала:
— Уж не знаю, почему не указ: он — Станден, в конце концов!
В это время мисс Плимсток тронула Китти за рукав.
— Прошу прощения, но я хотела бы знать, что вы решили. Грешно держать Фостера в таком напряжении, ему это вредно. — Она взглянула на чопорное лицо Хью, покрасневшее от гнева лицо Китти и продолжала: — Кажется, сэр, вы не хотите быть с нами любезнее.
Хью с высоты своего роста взглянул на ее домашнее лицо и произнес после минутного колебания:
— В таком случае, мэм, у меня нет иного выбора, я не в состоянии совершить таинство немедленно, но завтра утром, если вы будете так добры показать мне лицензию, я вас обвенчаю.
Обе леди застыли в изумлении.
