В купе с усталыми путниками, Марк решает вернуться на родную планету. Но вместо привычных звезд и далеких спутников он попадает в неизведанное измерение. Здесь начинается приключение, где каждый шаг становится испытанием. Вместе с Марком мы будем путешествовать через загадочные ландшафты, сталкиваться с невероятными существами и решать сложнейшие головоломки. Ковчег Марка — это не просто книга, это приключение в неизвестность....
– Никто не мог предположить, что я лыжу сломаю, – буркнул он.
Она как будто угадывала его мысли. Только что он думал о том, что обстоятельства сложились на редкость неудачно и завели их черт знает куда.
– Какая лыжа?! – вдруг закричала Марина. – Ты что, совсем ничего не понимаешь?! Ты же не идиот! Ну оглянись вокруг, разуй глаза, подумай немножко!
– О чем подумать? – совсем растерялся Володя.
Марина хотела что-то сказать, потом сморщилась как от боли и выбежала из «комнаты мальчиков».
Кузьмич, слышавший каждое их слово, задумчиво почесал бровь и стал неторопливо спускаться в подвал.
– А вот так, а вот так!.. Как следует!.. Раз-два, раз-два! – Алла, окутанная паром, двумя вениками равномерно хлестала Женьку по спине и розовой попе, та только взвизгивала. – Ты чего там хрюкаешь? Пой «По долинам и по взгорьям»!
– По… до… ли… нам… и… по… взгорь… ям… шла… ди… ви… зи… я… впе… рёд, – заблеяла Женька из пара.
– Мо-ло-дец! – прокричала Алла, не прекращая работы. – Слова знаешь! Ставлю пять!
Она еще плеснула на раскаленные камни душистого взвара, содеянного Зоей Петровной, с силой подышала и Женьке велела дышать, потом помахала над ней вениками, осаживая пар, стащила ее с полка, вытолкала в предбанник и там окатила холодной водой из ушата.
– Хорошо, – простонала Женька. – Как хорошо, Аллочка!..
В бане они были вдвоем. Марина помылась и сразу ушла, сказала, что баню терпеть не может, лишняя нагрузка на эндокринную систему, только и всего.
Женька попила из ковшика воды, утёрла капающий с носа пот и пообещала:
– А потом я вас попарю, а то так нечестно.
– А ты умеешь?
– Умею!.. У нас в интернате одна отрада была – баня. Нас по субботам водили, и иногда так получалось, что она совсем-совсем горячая была. Не такая, конечно, как эта, но хорошая. Там одна банщица добрая нас парила. И я научилась. Она всё говорила – баня от любой хворобы помощница.
Алла тоже попила из ковшика, вытерла лицо, покосилась на Женьку и осведомилась:
– Баня-то с банщицей где была? В Швейцарии?
– В Швейцарии… – беспомощно согласилась Женька и заторопилась.
– Жень, остановись, – попросила Алла. – Ну сколько можно?.. Папа, Швейцария, горнолыжные курорты самые крутые!.. Нету же никакого папы, да? И Швейцарии никакой не было. Правильно?
Женька кивнула.
