Когда я уже готова была вскочить, завопить, сделать что угодно, чтобы разбить эту вязкую, жуткую магию, творившуюся здесь, песня умолкла, а гадалка быстро забормотала:
– Любовь его к тебе не угасла, но преградой между вами – этот старик. Запомнила? Теперь хватит! Отпусти его!
Камень задымился, но мадам Теллер, сделав отвращающий жест, сбросила его в воду. Сидевшая на стуле Селина покачнулась, ее повело, и она едва не упала. К ней подскочила проворная Селия с флаконом нюхательной соли и быстро привела сестру в чувство.
– Все ли ты узнала, что хотела? – спросила мадам Теллер уже обычным, нормальным голосом.
– Да, благодарю вас, – пролепетала бедная девушка.
– Может быть, у твоих подруг есть вопросы? – Мадам Теллер обвела нас взглядом маленьких, холодных, как камешки, глаз.
Селия испуганно затрясла головой. Я мечтала лишь поскорее убраться отсюда. Проклятая гадалка перехватила мой взгляд, и ее лицо рассекла хищная улыбка:
– О, – прошептала она, засмеявшись, – я вижу тут целый клубок вопросов! А сколько дорог – одна, две, три!"
"Ее сухой смех был похож на щелканье мертвых костяшек. Я хотела зажмуриться – и не могла. Страшная женщина надвигалась на меня, как гора. Серая тень ползла за ней следом, занимая уже добрую половину комнаты. Я спиной осторожно отступила к двери. Глаза мадам Теллер изменились: лишенные белков, они стали похожи на пустые черные окна. Не сомневаюсь, что теперь они будут являться мне в кошмарных снах.
– Ты – глупая, беспечная стрекоза, которая не боится опалить себе крылья! О, ты найдешь ответы еще до конца этого Круга, только не забудь о цене, которую придется заплатить! Помни: человек, ищущий знания, словно ходит под кручей. Знание падает на него, как камень, сорвавшийся с обрыва!
Снова щелкающий смех пробрал меня до костей. Я проворно бросилась к двери.
– Ради милосердия к тем, кто тебя любит – выбери третью дорогу! – крикнули мне вслед.
Эти слова прилетели мне в спину, когда я выбежала в переднюю. Обе сестры уже ждали меня там. Серая служанка с бесстрастным лицом и пустыми рыбьими глазами снова отворила дверь, в которую ворвался туман. Мы втроем с облегчением вывалились наружу.
– …И запомни, что ты – связующая цепь между теми, кого оставишь, и теми, кого найдешь! – долетело нам вслед, после чего дверь наконец-то захлопнулась. Слава богу.
Уже совсем стемнело, на окрестных домах зажглись фонари. Я хватанула полной грудью живительного эшентаунского воздуха, пропитанного сыростью, уличными запахами и угольной пылью.