В темном доме, где каждый камень казался следом за убийцей, я чувствовала себя под общей мраковой тенью. Головокружительная тишина сводила с ума: ни звука не доносился из-за скрытой балдахина кровати хозяина дома. Казалось, что каждый предмет и уголок комнаты выдают присутствие недавних жертв....
Кроме того, ростовщик был настолько ядовит, что от его укуса запросто можно было отбросить копыта. Ах черт, что же ему делать?! Деннис задумчиво почесал колтун спутанных курчавых волос на затылке. «Об Энни-то можно не беспокоиться, – вкрадчиво нашептывал притаившийся внутри голосок. – Ей всегда удавалось выйти сухой из воды. А простому парню вроде тебя следовало бы позаботиться о себе».
Потоптавшись на месте еще немного, Деннис махнул рукой и решительно зашагал в сторону продуктового рынка.
Глава 23
На месте трактира Уоттона когда-то находился магазин игрушек мадам Сэлмон, в котором находчивая хозяйка для привлечения публики выставляла также восковые куклы городских знаменитостей. Однако магазинчик не прижился на мрачной Дорсет-стрит и вскоре переехал в другое место, а от коллекции восковых чучел осталась лишь светло-желтая фигура прорицательницы Мамаши Шиптон, стоявшая снаружи. При нажатии на потайной рычаг она давала пинка ничего не подозревающему прохожему.
Мы с Деннисом, поджидая Уайтвуда, прогуливались взад-вперед. Я надела самое невзрачное платье, до которого мисс Нидли побрезговала бы дотронуться даже пальцем, и темную твидовую накидку. Просторный капюшон защищал меня от любопытства прохожих и хоть немного приглушал окружающий гомон. Клиенты Уоттона отнюдь не отличались благонравием, к тому же неподалеку находилась бондарная мастерская, где с утра до вечера стучали молотками, набивая обручи.
Наконец в конце улицы показалась стройная фигура офицера. Уайтвуд, по-военному чеканя шаг, направлялся к дому мистера Скрупа. Удачно избежав напутственного пинка Мамаши Шиптон, он шуганул стайку наглых попрошаек, бросившихся врассыпную, и подергал за шнурок железного звонка, висящего на крыльце.
– Пора! – шепнул мне Деннис.
Мы незаметно просочились во двор. Лохматый пес, принадлежащий трактирщику, успел ухнуть пару раз для острастки, но вовремя признал Денниса и униженно завилял хвостом.
