В живой атмосфере старого города, героиня Люся обнаруживает неожиданное увлечение - дрессировка коз. Их едва ли можно назвать домашними животными, но наставнице показалось быстрее развить в них талант. Постепенно сюсюкала Васильевна и ее питомцы становятся главным атмосферным элементом местного кафе, завоевав сердца всех, кто заходит внутрь....
– Мы сейчас в гости, хотите с нами? Там удивительная женщина…
– Только не вздумайте ей диктовать никакие контракты, – предупредила Василиса, запирая дверь.
Вероника Абрамовна обрадовалась гостям необыкновенно. Она вроде бы даже помолодела года на полтора – зарумянилась, то и дело взбивала прическу, хихикала и, будто яхта, плавала по комнате, накрывая на стол.
– Васенька! Люсенька! Девочки, ну как не совестно! Нужно было хоть по телефону предупредить, что вы не одни придете, я бы в магазинчик сбегала. Матвей Артемович, а ваша собачка не откажется от сосисок? Они свежие, я купила их только сегодня утром.
– Не откажется, – лепетал единственный мужчина, пряча улыбку в усы. – Я и сам не откажусь…
– Сейчас-сейчас… ах, боже мой! Матвей Артемович, вы не осудите меня, если я вас ненадолго оставлю, я только в магазинчик! – искрилась радостью и смущением Вероника Абрамовна.
– Да я и сам могу. Мы с Кусей быстренько…
– Нет, ну что вы такое говорите!
– Пусть идет, – перебила ее Люся. – А вы пока со столом управитесь.
– Не надо денег! – вскочил старичок. – Я еще в состоянии сам платить за женщину!
Вероника потеряла дар речи, слушая гостя. Она так и стояла, сложив ручки замочком под необъятной грудью.
Старичок унесся вместе со своей Кусей и с Василисой – все же решено было мужчину одного не выпускать, кто его знает, вдруг заблудится. Люся заперла дверь и вытащила из сумочки фотографию.
– Вероника Абрамовна, посмотрите, может, узнаете кого?
– Люсенька, подожди, детка, мне еще надо огурцы из банок… Ой, а вот и Юля! – увидела она фотографию.
– Какая Юля? Где?
– Ну вот же, я рассказывала про нее и Кристину. Кстати, и Кристина вот она. А говоришь, что не знаешь девчонок!
– А это кто? – тыкала пальцем Люся прямо в счастливые глаза Кислицына.
– Этот? Вот не помню его, может, и приходил когда в театр… Да, он за Кешкой Хлебовым частенько забегал. А вот это Римма. Только она здесь мутно как-то получилась. А этих парнишек я не знаю, может, видела когда… не помню, честное слово, не помню.
Вот это сюрприз. Значит, Кислицын и Хлебов – одна компания со всеми погибшими девушками? Очень интересно получается, отчего это девчонки у них гибли, как мухи, а мужчины до сих пор очень даже процветают? Да с одной этой фотографией уже можно отправляться в милицию. Только не к Пашке.
