В живой атмосфере старого города, героиня Люся обнаруживает неожиданное увлечение - дрессировка коз. Их едва ли можно назвать домашними животными, но наставнице показалось быстрее развить в них талант. Постепенно сюсюкала Васильевна и ее питомцы становятся главным атмосферным элементом местного кафе, завоевав сердца всех, кто заходит внутрь....
– Да не к тебе… Я на другой жениться хочу…
– Вставай давай, жених! Ты мне сейчас тут наплетешь! Хочет он жениться! За мной, значит, бежал, а жениться на другой?! Фиг!
– Ну ты можешь спокойно выслушать? Чего ты все: «вставай да вставай!»
– Не могу я тебя спокойно слушать! Я уже окоченела на мерзлой земле сидеть! Вставай, хоть пройдемся!
Неожиданно мужчина предложил добраться до ближайшего кафе и поговорить там. Василиса опять ничего не поняла, но отказываться не стала, она промерзла до костей, да и вечерок выдался не самый приятный, не мешало бы скрасить…
Они пешком добрались до «Феи», мужчина заказал себе и даме по чашечке кофе с пирожными и маленькую бутылочку коньяка, закурил, уставился в потолок и начал:
– Зовут меня Виктор Борисович Таракашин…
Василиса усмехнулась.
Витю Таракашина мать растила без отца. У них во дворе много бегало парнишек и девчонок, которые не видели своих папочек, поэтому Витя не сильно выделялся.
– Мам, а отец-то мой куда подевался?
– Ну… куда они все деваются… Геройски погиб, – как-то неубедительно разводила мать руками. – А чего, спрашивал кто?
Никто не спрашивал, но в сказку о погибшем герое Витя перестал верить лет с семи. Потом и спрашивать перестал – подрос. Как и все, закончил школу и поступил в торговый техникум. Затем армия, а как демобилизовался, мать пристроила его по большому знакомству в маленький ресторанчик поваром.
– Ма! Ты чего, мужика привела? – крикнул он с порога.
– Витенька! Что ты говоришь! Какой же это мужик? Это же твой отец!
– Как? Самый настоящий? Этот наш погибший герой, что ли? – удивился Витя и увидел, как из комнаты к нему выходит немолодой солидный человек, в майке и в спортивных штанах, то есть по-домашнему. Человек на погибшего никак не тянул, напротив, был бодр и самоуверен.
