В живой атмосфере старого города, героиня Люся обнаруживает неожиданное увлечение - дрессировка коз. Их едва ли можно назвать домашними животными, но наставнице показалось быстрее развить в них талант. Постепенно сюсюкала Васильевна и ее питомцы становятся главным атмосферным элементом местного кафе, завоевав сердца всех, кто заходит внутрь....
Сразу говорю, я не знаю, как по этим «Столбам» ходить, и прямо так и напишу в своей предсмертной записке… да, Игореша, записку я на видное место положу и сообщу в ней, что ты меня погубил… Да, Игорек, мне говорили про больную голову… Ты едешь? А у тебя машина есть? Почему это ты ее не возьмешь? А у нас денег на дорогу нет… Да нет, не с бригадой умалишенных, со мной только одна подружка… Подъезжай… Сейчас же, время не ждет.
– Ну? Подъедет? – не дыша спросила Василиса.
– А что ему остается.
Потом ни Люся, ни Василиса не любили вспоминать, как они добирались до заповедника. Сначала Игорь высказал все, что думает об их затее, затем успокоился немного, но был отчего-то хмур и неразговорчив. Правда, стоило ему увидеть очертания скал, как лицо его приобрело совершенно блаженное выражение.
– Вон Дед. А вон и Бабка…
– Ну не скалы, а дом престарелых прямо… – ворчала Люся.
Она чувствовала себя не лучшим образом.
– Все, дальше пешком, – все больше расцветал бывший Ольгин одноклассник.
И они побрели. Люся вопреки ожиданиям шла бодро и терпеливо, а вот Василиса стала хныкать и поскуливать уже на первом километре.
– Лю-у-у-ся-а-а, ну давай мы покричим эту Наташу? Ну, может, она сама к нам выйдет, а?
– Не выйдет! – пыхтела Люся. – Если бы могла, она бы уже и без нас куда-нибудь вышла.
– И-и-иигорь, – продолжала недостойно канючить Вася. – Долго нам еще до этого Дряхлого Доходяги?
– Скоро уже придем, Василиса Олеговна.
– Не-е-еет, Люся, ну давай крикнем, а? На-та-ша-а-аа!!! Бед-ро-ва-а-аа!!! Выходи лучше сама!
Наташа не выходила, а путешественники ползли еще около часа, прежде чем Игорь сказал:
– Вон она, видите, избушка такая незаметная? Да вы не туда смотрите! Вон, под елью… – указывал Игорь на кучу пожелтевшей листвы.
– Ничего себе – изба! Берлога с крышей. Да я мимо пройду и не замечу! – удивлялась Люся.
– Зато ее никто не знает, – говорил Игорь с гордостью. – Знают, конечно, но немногие. Очень немногие. Только отъявленные столбисты.
