В живой атмосфере старого города, героиня Люся обнаруживает неожиданное увлечение - дрессировка коз. Их едва ли можно назвать домашними животными, но наставнице показалось быстрее развить в них талант. Постепенно сюсюкала Васильевна и ее питомцы становятся главным атмосферным элементом местного кафе, завоевав сердца всех, кто заходит внутрь....
– Вася, чтобы у нас в доме пепельниц не водилось, ты буйная, когда сердишься.
Василиса думала.
– Мне вот одно непонятно, Паша, а чего они нас совсем во внимание не брали? Ну, хоть бы подозревать стали, что ли…
– Ну-у-у, вы дело особенное. – Паша откинулся на спинку стула. – Во-первых, парни прекрасно были наслышаны про ваши родственные связи, то есть знали, что сын у тебя, маменька, мент, а следовательно, ты не можешь его лишней работой загружать, то есть преступления творить. А ваша дочка Оленька, тетя Люся, Кислицыну трепетно рассказала про вашу болезнь…
– Люся, ты больна? Надеюсь, не психически? – испугалась Василиса.
– Про ваш детективный бзик, мама. И парни сначала просто на вас, как ты правильно говоришь, мама, внимания не обращали, но потом, когда они уже поняли, что Бедрова тут главный подозреваемый, а вы всеми силами ее опекаете, ребята засомневались. Они даже какое-то время всерьез решили, что вы мощные аферистки.
– Это когда он, этот Кислицын, меня в подвале зажал!
– Боже, какие пошлости, – сморщился Пашка.
– Ага! Сами ее спрятали, а она исчезла! – передразнила Люся, никак не веря, что Кислицын – добрый герой.
– Да никого они не прятали! Бедрова сама решила узнать, куда делась Римма.
– Накладочка получается: звонил мужик, а не она. У него еще голос как у робота был, – прищелкнула языком Люся.
– Милые мои, у меня даже Надюшка знает, что в компьютере есть программа: ее врубаешь, потом печатаешь слова, и тебе такой утенок мужским голосом читает.
– Так это с нами… утенок?
– А почему тогда на стройке Кислицын был?
– Потому что он тоже искал Бедрову! А тут такой подарок: ему звонит собаковод и сообщает, что любезная Василиса Олеговна завтра пригласила их собачек поймать настоящего преступника! А уж к Василисе Олеговне у Кислицына к тому времени вспыхнул самый жгучий интерес.
