Хорош гусь, нечего сказать! А еще во всеуслышание утверждает, что он – ее кузен! Чем он лучше сэра Чонси? Разве что тем, что ни за что не станет вести себя так, как рисует ему его разыгравшееся воображение. – Волнуют. Еще как волнуют!
– Только не женщины моего возраста, – все еще не верилось Нелл.
– Что? Хотите сказать, что вы слишком стары, чтобы привлечь внимание мужчины? Когда мой отец встретил Лизбет и влюбился в нее без памяти, она была старше вас.
– Да, но я не похожа на Китти Джонстон из гостиницы. – Нелл нервно теребила вырез платья, глядя на свой скромных размеров бюст.
– Нет, и слава Богу. Даже Гейнз не захотел бы женщину, которую так просто купить. Именно ваша неискушенность и обезоруживает мужчин. Более того, вы – леди, с грацией и шармом, внутренней красотой, к тому же привлекательная внешне.
– Вы испытываете ко мне нечто подобное? Я вас волную?
– Боже правый! Чему только вас учили в вашей академии? Разве может женщина задавать мужчине такие вопросы?
– А как иначе я узнаю, что у мужчины на уме и каковы его намерения? Я полагала, что сэр Чонси очень мил со мной потому, что вы с ним друзья.
– Разве он приносил букеты цветов, чтобы украсить комнату несчастного больного друга? Или, может быть, гладил моего гуся?
– Не имеет значения. Распознать намерения джентльмена должны не вы, а ваши опекуны и ваш брат. И, учитывая, что я здесь, а Филан исчез в неизвестном направлении, я счел необходимым действовать в ваших интересах и защищать вас. Вам следовало бы благодарить меня за это, а не ругать.
– Понятно. – Нелл заметила, что Кард уклонился от вопроса, испытывает ли он к ней чувства определенного рода. Значит, она не привлекает его. Как Нелл и подозревала. Алекс говорил ей, что мужчины находят ее соблазнительной, исключительно по доброте душевной, а также потому, что заботился о ее репутации.
Пусть сэр Чонси – совратитель невинных девушек, как утверждает Кард, баронету все равно не удалось тронуть ее сердце, она не питала к нему нежных чувств. Вообще не думала о нем.
Лорд Кард заблуждается, полагая, что Нелл ничего не знает о жизни. О таких женщинах, как Китти Джонстон, о плотских порывах и запретных фантазиях. О многом она узнала из книг. Кроме того, в академии благородных девиц, как только в спальнях гасили свет, девушки обсуждали все запретные темы. Ведь Нелл уже двадцать пять. Разумеется, она знает про секс! Понаслышке.
Кузен Алекс ошибается также, оценивая опасности, подстерегающие неопытную девушку.
