Автор
В последние часы перед свадьбой кажется, что все происходит так быстро и несуразно. Гости уже приехали, мама готовит дом до предела, стилисты делают макияж, а ты сама еще не можешь осознать, что это все действительно твой день. Необычайная атмосфера в доме наполняет воздух невероятной эмоциональностью и важностью момента....
Похоже, «Краденая невеста 2» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
От тебя я не ожидал! Как же я мог, старый дурак, рискнуть чужими деньгами и думать, что не прогорю? Да я даже не видел, кого вырастил! И что творилось у меня под носом!
– Послушай. Я…
– Не стоит, Саида. Мать не тревожь. Я сам ей все передам. И… Не звони мне больше!
Он отключается.
А я все так и остаюсь сидеть.
Не мигая, смотрю перед собой и слушаю гудки в телефоне. Каждый из них будто удар в самое сердце.
– Это так трудно. Терять родных, правда?
Вздрагиваю, услышав совсем рядом певучий грудной голос.
Теперь понятно, откуда в голосе Давида этот сводящий с ума бархат.
– Особенно, когда они живы.
Аиша вздыхает. Усаживается за стол напротив. Улыбается и как ни в чем ни бывало, накладывает себе на тарелку еду.
Странно. Она не выглядит забитой своим мужем. Наоборот. Рядом со мной уверенная в себе ухоженная и цветущая женщина. Хотя после первого, пусть и такого мимолетного, знакомства, я ожидала совсем другого.
– Нет ничего крепче и важнее семьи. Родственных связей. Это наши корни. Те, которые навечно прорастают в самом сердце. Их не вырвать. Разве что только вместе с ним самим. С мясом. Истекая кровью. Но даже тогда. Эти раны не затянутся. Они будут мучить и болеть всегда. Не бойся меня, Саида. Я тебе не враг. Поешь. Ты не притронулась к еде. А силы нужны всем нам. Особенно теперь.
Киваю.
В любом случае, просто так встать и уйти, была бы крайне невежливо.
Наливаю себе чаю. Кладу в тарелку первое, что попадается под руку. Не разбирая.
– Ты не одна страдаешь. В нашей семье тоже все может рухнуть. Карим жесток. И строг. Он не простит Давиду. Это ведь больно. Больно и для родителя и для детей. Только вот ты еще не знаешь, девочка. Не понимаешь. Больнее станет потом. Намного. Стократно больнее. Все мы не вечны. И когда родители уйдут, эта боль станет невыносимой. Простишь ли себя ты сама? Простит ли себя Давид?
– Вы пытаетесь сейчас навязать мне чувство вины?
Вскидываюсь.
Понятно же было сразу. Не просто так отец Давида оставил здесь свою жену! То, что не удалось сделать силой, она постарается сделать иначе! Чисто по-женски!
– Я?
Аиша остается совершенно спокойна.
Даже в удивлении приподнимает бровь.
Качает головой, отпивая из своей чашки.
– Нет, Саида. Ничего я не пытаюсь тебе навязать, – в ее лице одна только грусть.
– Просто… Это тяжело.
