Как правило, попадавшие на нижние уровни быстро привыкали к тому, что вместо неба у них нависающие плиты верхних уровней города. Смотреть на них было больно, потому как они напоминали о том, где ты находишься. В самой глубокой яме мира, месте, откуда всего шаг до ада. Поэтому обитатели обители проклятых быстро привыкали не смотреть вверх. Там не было ничего интересного, а вот по сторонам стоило поглядывать со всей внимательностью.
Мэд тоже задрал голову, шаря взглядом по каменному «небу», выискивая, что же так заинтересовало товарища. И только через несколько секунд до него дошло, что нужно было не смотреть, а слушать! Потому как в могильной предвечерней тишине слышалось тихое жужжание. Максиму всего один раз раньше приходилось слышать его, но такое запоминается сразу и навсегда. Потому как звук это предвещал смертельную опасность. Хакер дёрнул головой влево, явно найдя источник звука. Мэд тоже перевёл взгляд и обнаружил то, что так боялся увидеть, опознав источник жужжания. Маленькая, чуть больше кулака, матово-чёрная сфера, поверхность которой была усеяна множеством слабо светящихся линз. Сердце тут же сжали ледяные когти ужаса.
— Тревога! — закричал Хакер.
— Что за шум? Я же приказал… — попытался прервать его Калантар.
Но Хакера было не остановить, он заорал во всю мощь своих лёгких:
— Дрон! Над нами висит дрон!
И в ту же секунду послышались негромкие хлопки. Только это были не аплодисменты. Это работали автоматические гранатомёты, разбрасывающие свои начинённые шрапнелью подарки по склону холма. Мэд тут же плашмя рухнул на землю, одновременно прижимая к земле по-прежнему находящую в наркотическом угаре Ксоко. Одновременно паникующее сознание пыталось осознать факт присутствия дрона.
На самом деле в технологии малогабаритных летательных аппаратов не было ничего сверхъестественного или невероятного. Более того, сами по себе данные устройства были относительно простыми и лёгкими как в производстве, так и использовании. Эти условия должны были бы обеспечить настоящее засилье дронов в боевых действиях на нижних уровнях. Если бы не одно маленькое «но» — полный и абсолютный запрет на их использование, наложенный властями Золотого Диска.
Желающих нарушить данный запрет на нижних уровнях не осталось задолго до появления в этих краях Максима. Причина же столь строго правила заключалась в том, что богатеи, обитающие в своих роскошных апартаментах на парящей в воздухе огромной плите, больше комфорта ценили только одну вещь — зрелища.
