И пусть все предыдущие годы эти прыщавые пареньки больше потешались и всячески подкалывали пухлого Макса, он решил поверить им в этот вечер. Ведь выпускной — это время, когда все прежние невзгоды остаются в прошлом.
Дешёвый портвейн показался Максиму противным, но он, подзуживаемый улыбающимися приятелями, выпил один стакан, потом второй. Что было после, юноша не помнил. Зато пробуждение с жутчайшим похмельем, случившееся на следующий день, осталось в памяти ещё крепче, чем та детская попытка.
В общем, не было ничего удивительного в том, что Мэд медлил, прежде чем выпить инопланетного алкоголя. Нет, у него теперь имелось вполне себе взрослое и весьма выносливое тело, во всех смыслах превосходящее то, что осталось на Земле, но… Вдруг история снова повторится? Вдруг он опозорится в глазах теперь уже новых товарищей?
Однако, прослыть трезвенником было намного страшнее. Макс поднёс стакан к губам и, задержав дыхание, сделал большой глоток. Мэд уже давно жил в Империи и начал привыкать к тому, что вся еда и напитки здесь отличаются от тех, что остались на Земле. Пусть даже первые месяцы он питался безвкусными таблетками, но затем, попав на службу Джаму, молодой гоп оторвался по-полной. И сразу убедился, что внешний вид еды чаще всего не соотносится с её вкусом. Поэтому, если напиток выглядел, как кисель, то вряд ли он будет сладким. Так и оказалось. Вкус серизы оказался горьковатым, похожим на пиво. Так ему рассказывали, сам Макс попробовать земное пиво не успел.
«Что ж, вполне неплохо. Пожалуй, я смогу выпить несколько бокалов такого, и меня не стошнит.»
Впрочем, сюрпризы на этом не закончились. Стоило напитку скатиться по пищеводу в желудок, как горькая нотка на языке истаяла. Истаяла, оставив после себя холодок, какой бывает после мятного леденца. Но обдумать эту перемену Мэд не успел. Потому как добравшаяся до желудка жидкость начала поступать в кровь, немедленно меняя всю его биохимию. Такого эффекта у пива совершенно точно не имелось.
Больше всего это напоминало холодный взрыв. Из области живота по всему организму, от макушки до пяток, прокатилась ледяная волна, от которой каждый волосок на коже и голове встал дыбом. Но всего на мгновение. После этого Максим ощутил, как его начинает буквально распирать изнутри от беспричинной радости и веселья. Он весь наполнился энергией, чувства обострились, а мир вокруг стал добрым и прекрасным. Видя, как «остекленел» взгляд молодого гопа, остальная компания громко расхохоталась.