В постапокалиптическом мире, где человечество борется за выживание среди руин цивилизации, герои оказываются в смертельном противостоянии с неизвестной силой. Огонь и пепел поглощают последние убежища людей, и только отвага и единство способны спасти человечество от полного уничтожения.
Раздел Chitat.online для книги «Край земли-2. Огонь и пепел» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
В постапокалиптическом мире, где человечество борется за выживание среди руин цивилизации, герои оказываются в смертельном противостоянии с неизвестной силой. Огонь и пепел поглощают последние убежища людей, и только отвага и единство способны спасти человечество от полного уничтожения.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
В постапокалиптическом мире, где человечество борется за выживание среди руин цивилизации, герои оказываются в смертельном противостоянии с неизвестной силой. Огонь и пепел поглощают последние убежища людей, и только отвага и единство способны спасти человечество от полного уничтожения.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Здоровая, румяная и голосистая… А сегодня я увидел их мертвыми! Посеченными осколками!
– Боже, Андрей, мне так жаль, – выдохнул Крашенинников. И ему действительно было искренне жаль. Он с ужасом представил на их месте свою возлюбленную и их ребенка.
– И мне, Миша… И мне жаль! У них артиллерия, залповые системы, минометы, огромный корабль и их легионы! А что есть у нас?! Стрелковое оружие, горстка гранат… У твоих американцев тоже не густо, если они так нас и не атаковали. А значит и мы и они обречены! Миша!!! Только ты, слышишь, только ты можешь помочь нам всем!
Крашенинников удивленно развел руками:
– Но что я могу сделать, Жар?
От жуткой досады и страшного разочарования, Андрей сильно зажмурился, сжал кулаки и тряхнул головой:
– Нет, Миша! Черт тебя дери! Не делай этого! Не вынуждай меня, Миша, мать твою!
– Я, правда, не понимаю о чем ты! В чем дело, Жар?!
– Ты… Ты, в самом деле, сейчас, в такую минуту, когда нас всех вот-вот перебьют или сожрут, решил играть со мной в игры? А, Крашенинников? Ты это серьезно?! Неужели ты не понимаешь, что только твоя бомба способна изменить все и уничтожить врага?!
Михаил вздрогнул и почувствовал сильный озноб.
– Какая бомба, Андрей? – почти прошептал он.
Жаров уже едва сдерживал слезы от отчаяния:
– Ну, ты и сукин сын, Миша. Ну, ты и сволочь… Видит Бог, я этого не хотел и не хочу… Но ты не оставил мне выбора!!!
Оливия только и успела вскрикнуть, в мгновение ока оказавшись практически в мертвой хватке Жарова. Левой рукой он крепко прижимал ее к себе, а правая рука держала пистолет ПМ у виска Собески.
– Опустить всем оружие! Живо! Переведи им! Переведи, чтоб они все опустили оружие! – орал Жаров, обезумевшим взглядом цепляясь за лица американцев, мгновенно направивших на него свои винтовки.
– Черт возьми, вы что, не обыскали его, бестолочи?! – воскликнул Карл. – Откуда у него пистолет?!
– Но, Карл, мы думали, что у нас теперь с ними мир! Они не нападали, один из них помогал нам ночью, а Рон и Дерил ушли помогать им… – начали оправдываться стрелки из дозора, на который и вышел недавно Андрей.
– Карл, пожалуйста, прикажи своим людям убрать оружие! – задыхаясь, вскрикнул Михаил.
Риггз с сомнением взглянул на Крашенинникова:
– Майкл, этот человек взял в заложники гражданку Соединенных Штатов…
– Это моя жена, Карл!!! Я умоляю, уберите оружие! Все что сейчас происходит, только между мной и ним!
– Убрать оружие, – нехотя приказал шериф, видя отчаяние в глазах Крашенинникова.
– Сэр, мы же не ведем переговоров с террористами, – возразил было кто-то, но Карл тут же сорвался на крик:
– Я сказал убрать оружие, черт вас всех дери! Отойти назад! Всем!
Все выполнили приказ шерифа.
– Андрей, пожалуйста, отпусти ее. Ты не ведаешь, что творишь, – взмолился Михаил.
– Нет, ведаю, Миша. Ведаю.
