В темноте и жаре в Москве, а на курорте отдыха Питера – совсем другая жизнь. Крыши ресторанов покрывают солнечный свет, пальмовые листья скребут по деревянной крыше. В этой книге вы окажетесь на грани реальности, где вечное дневное сияние создает замысловатую атмосферу затеряного Рая. Познакомьтесь с героями, чья судьба ведет к неизвестным порогам известной земли....
Лодку решено было теперь держать с запасом дизельного топлива, питьевой воды и провианта. Но и работы по устранению тех бед, что принесло ее затопление, было много.
Из котелка на костре доносился будоражащий аппетит запах сытной похлебки. Рядом с костром сидел Горин и маленькими глотками пил горячий хвойный чай.
– Проснулся? – кивнул он. – Тебе заварить?
– Изволь. Не откажусь.
– Парни, где Цой? – окликнул их появившийся на пирсе Жаров.
– Спит еще, наверное, – пожал плечами Женя. – Он в лодке остался.
– Опять? Ему там, видимо, очень понравилось, да? – нервно усмехнулся Андрей.
– А что случилось? – спросил Никита.
– Держитесь крепче, парни. Грядет буря…
Из-за угла полуразвалившегося заводского цеха показался Сапрыкин. Он бодрым шагом двигался в их сторону.
– Где четвертый?! – заорал он, едва приблизившись. – Я спрашиваю, где четвертый?!
Горин с удивлением посмотрел на Андрея:
– Чего это с ним, а?
– Приступ толеразма. Сейчас сами все узнаете.
– Тащите сюда Цоя, да поживей! Я вас всех четверых, идиотов, видеть сейчас хочу! – выкрикнул Евгений Анатольевич, подойдя, наконец, к костру. – Дебилы!
Последнее слово он произнес с такой интонацией, будто выбивал кулаком кому-то зубы.
– Эй! – развел руки Вишневский. – Дядя Женя! А может, ты чуток успокоишься и будешь все-таки подбирать слова?!
– Слова подбирать?! – Сапрыкин шагнул вперед. – А я их подбираю! Я их очень старательно подбираю! Ты себе даже не представляешь, какие слова у меня на самом деле вертятся на языке, мля!"
"Александра Цоя звать не пришлось.
– Что тут за шум?
– Все в сборе! Отлично! – продолжал негодовать Сапрыкин. – Очень хотелось посмотреть, каких уродов я взрастил когда-то!
Цой покрутил головой, будто ища что-то взглядом. Затем снова уставился на Сапрыкина.
– Я что-то не понял. Каких уродов ты взрастил?
– Вас!
– Опа, – изумился Александр. – Отличное начало дня, правда, пацаны?!
– Заткнись!
– Да какого хрена на тебя вообще нашло, старый ты псих?!
– Как, объясните, вы могли так с ними поступить? Разве этому я вас учил, идиоты?!
– Ты о чем вообще? С кем и как поступить?
– Я о вулканологах!
– Ах, вот оно что, – Цой усмехнулся.
