В темноте и жаре в Москве, а на курорте отдыха Питера – совсем другая жизнь. Крыши ресторанов покрывают солнечный свет, пальмовые листья скребут по деревянной крыше. В этой книге вы окажетесь на грани реальности, где вечное дневное сияние создает замысловатую атмосферу затеряного Рая. Познакомьтесь с героями, чья судьба ведет к неизвестным порогам известной земли....
А что, если ты, Саня, вовсе не тот Александр Цой?
– То есть?
– Что, если тебя подменили, пока ты сидел в лодке?
– Кто?!
– Рептилоиды с планеты Нибиру!
– Да ты вообще что несешь? Совсем спятил на старости лет?!
– А ты? – настала очередь усмехаться Евгению Анатольевичу. – Ну, докажи обратное!
– Этот разговор не имеет конца и теряет смысл, – вздохнул Жаров. – Послушай, Анатольевич, мы поступили с ними справедливо. Мы дали им топливо. Мы дали им время. Мы дали им шанс.
– Шанс на что? На то, чтобы избежать смерти от вынесенного вами же смертного приговора? Ты это называешь справедливостью? Занести над ними меч и досчитать до трех, вынудив покинуть свой дом?
– Спорить мы можем до темноты и кричать до хрипоты, дядя Женя.
– Значит, что-то кардинальное вы упустили в вашей мечте о новом мире, если боитесь, что часть нашего общества может жаждать смерти людей просто потому, что они иностранцы. Значит, не новый это мир. Все тот же. Недогоревший."
"Презрительная ухмылка исказила лицо Андрея:
– Знаешь, а забавно слушать всю эту сладострастную хрень от палача.
– От палача? – седые брови Сапрыкина поднялись.
– Именно. Не ты ли был одним из тех, в чьи обязанности входило уничтожить людей из секретного списка, в который был внесен и мой отец?
– То есть это всего лишь твоя месть мне? На тех людях ты отыгрался просто потому, что так ничего и не понял из того, что я тебе рассказал?
– Довольно.
– Окончательной может быть только смерть, ребятки.
Жаров нахмурился:
– Ты угрожаешь нам?
– Я пытаюсь вам объяснить, что все может случиться просто потому, что порой вы сами не ведаете, что творите.
Сказав это, Сапрыкин развернулся и ушел.
– Ну и в чем он не прав? – первым нарушил молчание Вишневский.
– Какие, на хрен, рептилоиды? – недоумевающе развел руками Цой.
– Он может быть опасен теперь, – сказал вдруг Жаров.
Горин удивленно посмотрел на друга:
– Что ты имеешь в виду?
– Ты сам подумай. Что, если он теперь начнет мутить воду в общинах? Настраивать людей против нас. Подготавливать свержение.
