Молодую женщину преследовали молнии и гром, заставляя переживать безумное ужасающее время. Она металась на рюханной кровати, прикрытой толстым соломенным тюфяком, будто в бреду, неясно красива или нет — лицо ее было испещрено морщинами от волнений и недосыпания.
Похоже, «Красавица для чудовища» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Разноцветный, переливающийся на солнце дождь засыпал все вокруг и застывшего принца тоже, рождая хлипкую надежду на близкое чудо. Принц застыл, подняв голову к небу. Вокруг уже образовался плотный ковер, а листья все падали и падали… Танцуя и кружась. Дразня и заставляя верить…
Вдруг беседку посреди сада озарила вспышка. Яркий свет заставил Редьяра зажмуриться. Но когда он открыл глаза, понял, счастье рядом. Жизнь только начинается…
Сапфира
— Что это? — Сапфира смотрит на Рэя, восторженно улыбаясь.
Перед ней возвышается несколько арок, переплетенных живыми цветами. Они перекрещиваются вверху, образуя что-то наподобие ажурной беседки. Внутри нее пространство усыпано лепестками, а в воздухе кружится сверкающее нечто, напоминающее пыльцу. В центре этого волшебного пространства возвышается золотой постамент, на котором лежит наклонная плита размером с большую книгу. Сапфира делает шаг ближе, чихает из-за попавшей в нос пыльцы и показывает на углубления в прите в виде рук. Большой и маленькой.
— Что это? — опять она спрашивает нетерпеливо.
— Сапфира, — проникновенным голосом начал Рэй, — ты ведь разделишь со мной вечность?
— Ты еще спрашиваешь? Конечно, да! — она бросается ему на шею, а глаза светятся лукавым счастьем. — Мы сейчас поженимся? Это правда?
— Мы совершим ритуал, который объединит наши души.
Рэй, как никогда, собран и серьезен. Он слегка отстраняет девушку и пристально смотрит в сияющие глаза, держа ее за руки.
— Но перед этим здесь и сейчас, пред лицом высшего Бога, ты должна ответить на самый главный вопрос в нашей судьбе.
Она чувствует, что ее Рэй странно напряжен. Что взгляд его более пристальный, чем обычно. Он как будто желает прочитать ее душу. Узнать все тайны. Какие могут быть у нее тайны, если память ее покрыта дымкой? Если она ветерок, парящий над суетой. Она дитя свободы. Она свободна от чувств, от стремления к счастью, так как счастлива одним днем. Этим днем.
— Что за клятва Рэй? — и с хитрой ухмылочкой на пунцовых губах ожидает ответа.
— Клятва, что я дал тебе, — слова с трудом выскальзывают из его рта и вкрадчиво кружат между ними, подобно перламутровой пыльце.
— Ты дал мне клятву? — нарочито удивляется девушка.
