Когда ты замечаешь, что расписание нового семестра тебя выбивает из колеи, это уже проблема. Ирма с ее строгой улыбкой сверкает перед тобой в облаках магии, а ты теряешься среди множества курсов, оставшихся неузнанными. В этот момент проклятье приходит к нам. Эта история расколдовывает тебя до основания, заставляя бросаться из одной стены в другую - и ты вступаешь в войну с теми, кто решил обречь тебя на одиночество....
— Клэр, ты не поверишь! — радостно заявил Дрангур. — Это — Оливер.
— Что?
— Твой сын!
— Что?
— Прошло тридцать лет!
Несколько секунд Кларисса переводила взгляд с Оливера на Дрангура, а затем лишилась чувств. Не по-аристократически сомлела в подставленные руки кавалера, а в самом деле рухнула в обморок.
Глава 48
Суматохи, равной той, которая поднялась после этого, я в своей жизни не видела. Все говорили одновременно, куда-то пытались подойти, поговорить с Дрангуром, с Оливером, друг с другом…
Улучив момент, я выскользнула в коридор и сбежала.
Мое уединение длилось довольно долго до тех пор, пока меня не нашел Дрангур.
— Унни, вот ты где! — радостно воскликнул он. — Тебя все обыскались.
— А зачем? — решила я изобразить дурочку.
— Чтобы познакомиться, конечно!
В этот момент я пожалела о том, что все-таки отказалась вернуться в море вместе с мамой.
Ладно.
Идя за Дрангуром по коридору, я то и дело сжимала и разжимала кулаки, комкала подол платья и ругала себя на чем свет стоит. Могла бы и причесаться! И платье поприличнее надеть — одно из тех, что купил для меня Оливер. Но я по привычке носила свое, оно было удобным, как старая кожа.
Поэтому выглядела сейчас… не так, как стоит выглядеть, знакомясь со знатными родителями жениха. Выглядела я как деревенщина, которой и являлась.
А вдруг Оливер уже передумал?"
"Я на секунду замерла, а затем заставила себя идти вперед, гипнотизируя взглядом точку между крыльев Дрангура. В том месте костюм был распорот и застегнут на ряд аккуратным пуговиц.
Когда мы подошли к двери чайной комнаты, оттуда раздался взрыв смеха. Ладно, по крайней мере, у них хорошее настроение.
Дрангур распахнул дверь и пропустил меня вперед.
— А я могу всем говорить, что ты мой младший брат? — как раз в этот момент спросила Джорджиана у Оливера.
Ее бледные щеки раскраснелись, кудряшки у лица, уложенные на старомодный манер, растрепались. Кларисса, сидящая рядом, погладила ее по руке. Отец Оливера, кажется, его звали Якоб, демонстративно игнорировал чай и попивал виски.
Очень хотелось попросить себе тоже. Я никогда не пробовала горячительные напитки, но сейчас… у меня ноги отнимались от волнения, и я уже боялась, что после встречи с мамой вместо них постепенно образовывается хвост.
