Волшебные строки Уильяма Блейка приоткрывают мрачное великолепие тайны, окутавшей героя Красавицы. Виктор рисует мир в капле воды и цветке, открывая глубину бесконечности. Но его соблазнительная ухажерка несет с собой тайны, которые разорвут любовную паутину в мгновение охоты....
– Он ухмыльнулся, а потом его взгляд вновь посуровел. – Но мы только что потеряли Найджела. Мы не можем потерять кого-то еще."
"– Точное замечание, месье Рейвнел. Утрата одного из нас уже причинила мне неимоверную боль, – спокойным тоном согласился граф. – Как и всегда, я ценю вашу поддержку и вашу мудрость. – И опять он повернулся к Селине.
«Четвертый порез».
Несмотря на поглощающее ее недовольство, Селина почувствовала, как съеживается изнутри, как страх начинает затмевать все остальные чувства. В следующую секунду она приказала себе взять себя в руки.
– Месье граф, я слышала многое о вас за последние несколько недель. Рада, что наконец имею честь познакомиться с вами лично. – Хотя Селина изо всех сил пыталась, чтобы ее голос не звучал нахально, она поняла, что попытка провалилась, когда Бун фыркнул, а Гортензия захихикала.
– Comme une reine des ténèbres[145], – повторила Гортензия свои же слова, которые произнесла в ресторане «Жак», и веселье мелькнуло в ее глазах.
К удивлению, граф только улыбнулся, его янтарные глаза блеснули.
– И я рад нашему знакомству, ma chérie[146].
В другом, идеальном мире Селина должна была бы делать все, чтобы очаровать дядю Бастьяна. Однако этот вариант растворился, как дым на ветру. В конце концов, только глупец станет пытаться очаровать человека, который первым делом решил осыпать ее угрозами.
Никодим Сен-Жермен, без сомнений, добился успеха в своих попытках припугнуть Селину этим храбрым представлением.
– Я не хочу показаться неуважительной, месье граф, но вы говорите, что уважаете искренность, так что, я полагаю, нет нужды проверять вас на честность. – Она самоуверенно посмотрела на собравшуюся компанию. – Очевидно, что вы не считаете меня подходящей партией для вашего племянника.
– Как раз наоборот, я знаю о вас очень много, Марселина Беатрис Руссо.
Опять полное имя разнеслось эхом в ее ушах, взмывая вверх, выше верхушек деревьев. И опять сердце Селины застучало чаще в груди в ответ.
Легкий смех сорвался с губ графа, точно он почувствовал ее нарастающий страх.
– До последнего времени вы жили со своим отцом-ученым на третьем этаже маленькой квартиры на Монмартре. – Он сделал шаг вперед.
