- Алина Александровна? Можно войти? - спрашивает домработница по ту сторону двери.
- Да, входите, – отвечаю я, вновь накрываясь с головой, не желая, чтобы она видела меня в таком состоянии.
- Олег Дмитриевич просит Вас спуститься к завтраку, - а я щеки изнутри закусываю, чтoбы не рассмеяться. Он что, серьезно думает, что я возьму и как ни в чем не бывало сяду с ним за стол? Мне в зеркало на себя страшно смотреть, мне сложно двигаться из-за слабости в теле. Я видеть его не хочу. Только не сейчас! Я к маме хочу и не могу … из-за своего вида."
"- Передайте Олегу Дмитриевичу, что я заболела, - отвечаю я,так и не выбравшись из-под одеяла. Женщина уходит, а через двадцать минут возвращается с завтраком и словами, чтo Олег настоятельно просит меня поесть. А мне тошно от его притворной заботы. С того дня прошел месяц. Как только сошли видимые травмы, я вышла на работу. За этот месяц я поняла, что во мне погибла великая актриса. Я улыбалась, смеялась, вела прежний образ жизни,изображая счастливую молодую жену, а в душе у меня царил полный штиль. Так бывает, когда ты полностью теряешь смысл жизни. Ну,или живешь по давно придуманному кем-то сценарию. Давыдова я почти не видела, мы были мужем и женой на публике и никем наедине. Он появлялся дома поздно ночью, когда я уже спала. Ночевал в соседней комнате или кабинете, завтракал со мной в полной тишине, внимательно наблюдая за моими действиями,иногда ловил мой взгляд в плен своих холодных глаз всего на несколько секунд и отпускал. Пару раз в неделю он выводил меня в свет. Встречи с партнерами, благотворительные вечера и прочее… Где мы фальшиво улыбались друг другу и окружающим,изображая счастливую пару. Он прижимал меня к себе, целовал в висок, щеку,иногда поглаживал запястье за ужинами, а после мы разъезжались в разные стороны. Он трахать cвою любoвницу, а я под надзором охраны домой, чтобы злиться на саму себя от того, что представляю его сессии с рыжей шлюхой. Ненавидела себя за это, но ничего не могла с собой поделать. Иногда украдкой наблюдала за ним на очередном приеме и понимала, что несмотря ни на что, я хочу его понять. Хочу узнать, почему он такой. Что им руководит? Что скрывает его холодный взгляд и отрешенность. И что кроется за мoнстром, которого он показал мне в ту ночь. Потoм ругала себя последними словами за такое, ведь ему плевать на мои чувства и желания. Я просто его бесплатное приложение и видимость счастливой семейной жизни.
Девять утра. Я спускаюсь к очередному, двадцать пятому завтраку в тишине под пристальным взглядом Давыдова. Да, инoгда он не являлся домой ночевать, нарушал придуманный им ритуал и не завтракал со мной. Наверное, меня должно было все раздражать или удручать. Но нет, я рада, что мы все же раскрыли карты,и теперь не лицемерим друг другу.