К ритуальным завтракам прибавились ужины и чрезмерная забота в стиле Давыдова : «Алина не злоупотребляй специями, это вредно в твоем положении», «Алина тебе придется отказаться от высоких каблуков, это может быть опасно в твоем положении», «Алина, немедленно прими витамины которые тебе прописал доктор», «Алина, не сиди под кондиционером,тебя может продуть», «Алина у тебя усталый вид. Ты не высыпаешься. Тебе нужно ложиться пораньше». Алина то, Алина се! Алина. Алина. Алина! И все в приказном и повелительном тоне. Лучше пусть о тебе никто не заботится, чем так, как заботится он. Иногда это меня невероятно злило, но Олега это мало волновало. Он продолжал настойчиво меня «оберегать».
Последний месяц я живу словнo в тумане. Белом, вязком и очень холодном. Меня кидает из крайности в крайность. То мне хочется плакaть от того, что Олег не так на меня посмотрел. То смеюсь как дура над глупыми шутками из сериала. А бывает, по ночам такая тоска накатывает, хоть волком вой в подушку. Вчера перед сном, я смотрела фильм, в котором молодожены гуляли в парке аттракционов. Вели себя как дети, ели сладкую вату, пили газировку, катались на аттракционах и кормили друг друга мороженым. Я даже не помню смысла фильма и развития сюжета. Я просто, как маленькая девoчка, вдруг захотела того же самого. Хотелось чего-то, теплого, нежного, и до тошноты приторно-ванильного. Я не знаю, с чем это связано - с беременностью, гоpмонами или тем, что моя жизнь, несмотря, на исполнение заветной мечты, складывалась не так, как я хотела. Я сама себя не узнавала.
Но пару дней назад произошло событие, которое впервые за это время действительно меня порадовало. В ночь на двадцать пятое мая Виктория родила прекрасную малышку, которую назвали Анной. Я была искренне рада и взволнована этим событием, как будто это произошло со мной. У подруги возникли ебольшие осложнения при родах,и первые пару дней к ней никого не пускали кроме Андрея. А сегодня я еду ее навестить. Точнее меня везет Давыдов. Сам лично, без водителя, за рулем белого внедорожника. И это тоже новое правило. Последнее время он довозит меня до работы и встречает, не давая шанса ускользнуть от него и пропустить наш ритуальный семейный ужин. Да, я отвоевала у него возможность работать хотя-бы до пятого месяца. Сама не понимаю, как это вышло, но после нескольких моих доводов и обвинений в тирании, он скрепя зубами, все же согласился. Я совершенно его не понимала. У меня все хорошо, просто прекрасно, как говорит мой врач. Но Давыдов просто маниакально меня оберегает от всего внешнего мира, следя за всем, что связано со мной. Моим питанием, режимом дня, посещением врача, даже за тем, ка я одеваюсь, постоянно проверяя, не давят ли мне брюки или юбка. И это невероятно раздражало.