Автор
В канун Нового года Алина чувствует себя подавленной, ведь это день ее рождения — всегда напоминает о незаконченных целях. Вместе с холодными ночами вступает зима, но уютный дом и родные лица способны изменить этот оттепельный день в праздник.
Ревную только от мысли, что он не мой. В его жизни присутствуют Инги, Тани и кто его знает, сколько их еще. От этой мысли просто хочется взвыть. Отшвырнуть его от себя и кричать, чтобы не смел ко мне прикасаться. Но в данный момент он oбщается не со мной, а со своим ребенком.
- Олег, - зову я его. - Нам обязательно ехать на этот прием?
- Ты плохо себя чувствуешь? – спрашивает он, водя губами по моему животу, просто выворачивая все наизнанку свoей нежностью и трепетностью.
- Нет. Просто не хочу туда ехать, – честно отвечаю я.
- Поверь, я тоже не хочу, - усмехается он. - Но у моей матери юбилей и мы как бы должны там присутствовать. - Но обещаю, мы не долго там пробудем. Максимум час, - он словно приходит в себя, отрывается от моего живота, поднимается с кровати. Поправляет ворот идеальной pубашки, вновь начиная источать холодную власть. – Помочь надеть платье? - спрашивает он отстраненным тоном, меняя свой мягкий голос на привычно холодный.
- Нет, спасибо, я сама, – стряхиваю с себя очередную хандру,тaк же холодно отвечаю я.
- Смени туфли.
- В смысле? Я купила их специально под это платье.
- Слишком высокий каблук, - недовольно отвечает он.
- Да, но это не шпилька, каблук устойчивый и удобный. За пару часов со мной ничего не случится, – закатывая глаза, говорю я. - Олег, у меня всего лишь пятый месяц беременности и от этих туфель нет никакого вреда. Я не могу надеть под это платье простые балетки! – повышая тон продолжаю я, видя, как он отрицательно качает головой, сжимая челюсть.
- Хорошо, пошли, - неожиданно уступает он, предлагая мне руку. Игнорирую его, подхватываю маленький клатч,и выхожу из комнаты. Во мне еще кипит злость, обида за утро, когда он назвал меня чужим именем, при этом так нежно лаская и целуя.
- Платье слишком легкое, – заявляет Давыдов как только мы садимся в машину.
- О, Боже. На улице тепло, конец мая, - раздраженно отвечаю я.
- Ветер холодный, - произносит он, откидываясь на спинку сидения, запрокидывая голову. Слава Богу, дальше мы едем в полной тишине."
"И вот, мы на месте. В доме моей «любимой» свекрови. Народу немного, человек двадцать, не больше. В основном те же лица, которые были на приеме в честь Нового года.
