Автор
В канун Нового года Алина чувствует себя подавленной, ведь это день ее рождения — всегда напоминает о незаконченных целях. Вместе с холодными ночами вступает зима, но уютный дом и родные лица способны изменить этот оттепельный день в праздник.
Теперь встань, сними эту чертову тряпку, хочу видеть твое тело, - медленно поднимаюсь на трясущихся ногах, снимаю платье, кидая его на диван, представая перед Давыдовом в одних чулках и трусиках, встречаюсь с ним взглядом, и вижу в них сумасшедший огонь, дикое возбуждение. Ликую внутри, понимая, что ему нравится все, что он видит и даже боюсь представить, чтo будет, когда он сам коснется меня. Обычно, это я всегда дразнила мужиков, как можно дольше не давая им желаемое, а сейчас искусно, со знанием дела дразнят меня.
- Разве я разрешал тебе открывать глаза?! – немного зло спрашивает он,и я спешу их закрыть.
- Сними трусики, - ох, черт, эта возбуждающая хрипотца в его голосе сведет меня с ума. Медленно, дрожащими руками стягиваю с себя трусики,и покорно жду очередного приказа. - Сядь и раздвинь ножки шире, - сажусь, медленно развожу ноги и все-таки не сдерживаюсь, запрокидываю голову на спинку дивана и тихо постанываю от предвкушения. В следующую минуту, не поступает ни единого приказа, я слушаю тишину и свое глубокое, прерывистое дыхание.
- Прикоснись рукой к своим мокрым складочкам, - усмехается Олег, – распредели влагу,и ласкай себя медленно, нежно, - и я все выполняю, дрожа от каждого прикосновения, стону громче и содрогаюсь, когда задеваю пульсирующий клитор.
- Вот так, умница, войди в сeбя сразу двумя пальчиками.
- Нет! - не выдерживаю я, и буквально кричу. – Я хочу, чтобы это сделал ты! – в таком же приказном тоне требую я, потому что не могу больше этого выносить. Я откровенно себя ласкаю у него на глазах, а он еще ни разу не прикоснулся ко мне,тот раз, когда я чуть не упала не в счет. Давыдов глубоко вдыхает, я слышу, как он резко встает и ликую от того, что он идет ко мне, но я рано радуюсь.
"- Похоже,ты ещё не поняла, что приказывать и что-то требовать могу только я, а ты подчиняешься и выполняешь! – он так близко, я ощущаю его горячее дыхание на своей коже, но этот мерзавец ко мне не прикасается, только дразнит своей близостью и запахом, который я жадно вдыхаю. - Делай то, что я говорю, войди в себя двумя пальцами, - с долей злости шепчет он мне на ухо.
